«БРИКС: в зеркале времен»: как перестройка в СССР изменила отношения Москвы и Пекина

17:00,06 июля 2023

В четвертом выпуске совместного проекта международной сети TV BRICS и ГАУГН «БРИКС: в зеркале времен», посвященном взаимоотношениям России и Китая в XX веке, Андрей Волынский, старший преподаватель кафедры стран Восточной Азии Восточного факультета Государственного академического университета гуманитарных наук (ГАУГН), рассказал о роли лидеров двух государств в налаживании связей между странами.

Проект поддержан грантом Минобрнауки России в рамках федерального проекта «Популяризация науки и технологий».

Каким образом китайские коммунисты на первых порах применяли опыт своих коллег из СССР? Почему весь ХХ век отношения двух держав напоминали горки? И как перестройка в Стране Советов изменила отношения Москвы и Пекина?

– Вся первая половина XX века, как в СССР, так и в Китае, можно сказать, была довольно-таки бурной. Как и на чем строились отношения двух держав в этот период, особенно после Второй мировой войны?

– Годы Второй мировой войны для Китая – это не только и не столько сама по себе Вторая мировая. Война продолжилась, но уже как гражданская – как война с так называемым гоминьдановским правительством, война с Чан Кайши, который возглавлял так называемую Республику Китай. Эта гражданская война была Чан Кайши и Гоминьданом проиграна, в значительной степени именно благодаря Советскому Союзу, потому что советская страна оказывала Компартии Китая военную и техническую помощь.

Мы обучали их армию, наши специалисты помогали партизанским коммунистическим отрядам из нерегулярного воинского соединения превратиться в действительно мощную регулярную армию. Более того, когда Япония подписала акт о капитуляции, японские войска покидали занятые китайские территории. Одной из первых, одной из главных таких территорий была Маньчжурия и собственно Внутренняя Монголия. Она была стратегически важна, потому что там огромное количество природных ресурсов, полезных ископаемых и японская администрация в годы Второй мировой войны вкладывала туда значительные средства.

Вставал закономерный вопрос: какая из китайских сторон, когда Китай пребывает в состоянии гражданской войны и разоружает японские войска, займет те или иные территории. Советская армия очень вовремя де-факто заняла Маньчжурию, заняла те самые территории, а потом их уже передала коммунистам. Имея такое отличное ресурсное подспорье, естественно, Компартии Китая было проще завершить процесс объединения страны именно под своими красными знаменами. Когда в Коммунистической партии Китая к власти пришел Мао Цзэдун, он, условно говоря, в качестве модели видел уже не строго марксистско-ленинскую концепцию в ее каком-то чистом историческом смысле, это скорее была уже некая модель сталинской экономики, сталинской индустриализации.

Когда Китайская Народная Республика провозгласила свое существование, в плане экономического развития власти делали ставку на пятилетнее экономическое планирование ровно по советскому образцу.

– Как и на чем строились отношения двух держав в этот период?

– Советский Союз был первой мировой державой, признавшей новое китайское правительство, новую китайскую государственность – Китайскую Народную Республику. Соответственно, сразу же после этого, уже к началу 1950 года, был подготовлен договор о дружбе, союзе и сотрудничестве. Документ предполагал, что Советский Союз предоставляет китайской стороне целую серию кредитов, предоставляет промышленную и технологическую помощь. Чтобы понять масштабы, нужно исходить из того, что и перед советским народом в тот период стояла задача восстановления собственной экономики, инфраструктуры, промышленности и так далее. При этом мы находили в себе силы помогать и китайской стороне в этом же вопросе. В КНР направлялись советские специалисты, технологии (станки, оборудование, техническая документация).

В буквальном смысле китайская индустрия в целых отраслях, китайское производство возникало с нуля именно благодаря советской помощи. Яркий пример: не будем называть бренды, но один из крупнейших мировых автопроизводителей китайский (этот производитель создает лимузины для китайских лидеров, производит автомобили люксового сегмента) начинал как завод, который производил ЗИСы, а затем они уже назывались ЗИЛы. По советской лицензии, по советской технологии. Более того, сам этот завод был выстроен тоже советскими специалистами, и ими там был и настроен. Этим, разумеется, помощь и поддержка не ограничивалась. Вслед за Советским Союзом Китайскую Народную Республику признает целый ряд, назовем их современным языком, партнеров по социалистическому блоку, по социалистическому строительству.

Собственно, на этом череда признаний и заканчивается. Более того, Запад создавал для китайской дипломатии определенные проблемы. Он, безусловно, делал ставку на правительство Гоминьдана, на правительство Чан Кайши. Проиграв гражданскую войну, они эвакуировались на Тайвань, и там уже возникла Китайская Республика, которую, собственно, все западные державы и признавали как единственный законный Китай, признавали его право представлять страну в ООН. Советский Союз пытался с этой ситуацией что-то сделать – не единожды выносил на повестку ООН вопрос о фактическом признании КНР как представителя Китая в ООН, но вплоть до 1971 года протолкнуть это решение через Генеральную Ассамблею ООН не удавалось. СССР в данном случае был для КНР проводником во внешний мир.

В 1953 году умирает Сталин, с которым у Мао Цзэдуна были налажены отношения. К власти в СССР приходит Хрущев. Какой период дальше ждал наши державы? Между двумя державами, конечно, накопился огромный клубок противоречий. Он в значительной степени обуславливался тем, что КНР воспринимала себя уже как некоего самостоятельного актора внешней политики со своими интересами в Азиатском регионе, на глобальной арене и даже на Африканском континенте (КНР даже самостоятельно оказывала помощь африканским странам) и так далее.

Разумеется, это Советский Союз не всегда устраивало. Ровно так же, как и позиция СССР в отношении политики Китая не устраивала китайские официальные власти. В 1976 году уходит из жизни и сам Мао Цзэдун. Принято считать, что после этого в отношениях СССР и Китая наметилась оттепель. После 1976 года и вплоть до 1982 года, когда Леонид Ильич Брежнев заявил о том, что СССР признает правомерность тех рыночных реформ, которые проводит правительство КНР, что СССР признает возможность КНР проводить свою самостоятельную политику, действительно начался этот долгий путь к налаживанию нормальных мирных отношений. Можно сказать, что старый период противоречий закончился – это был 1979 год, была поездка Михаила Сергеевича Горбачева в Пекин, это его встреча с Дэн Сяопином.

По этому поводу Горбачев уже впоследствии написал прекрасную фразу, ссылаясь на Дэн Сяопина: дескать, Дэн Сяопин в каком-то из их личных разговоров сказал: «Мы вот сейчас закрываем старое и открываем двери в некое прекрасное будущее». И действительно, на тот момент можно было сказать, что новый период действительно начинается. Соответственно, начинается перестройка, в дальнейшем (1991 год) – распад СССР. И тут выясняется, что отношения нужно начинать, по сути, с нуля. Но что интересно: распадается СССР, и почти сразу же (примерно через два-три дня) в Москву уже приезжает делегация из Китая, далее делегация едет в страны еще будущего СНГ и создает основу для государственных отношений на новом этапе уже не между СССР и Китаем, а между новой Российской Федерацией и КНР.

И что самое главное, в 1990-х годах уровень развития приграничного сотрудничества российских регионов с Китаем и наоборот уже выстраивался по-новому.