Воздух, который виден: чем на самом деле дышит Красноярск

Сегодня уровень загрязнения воздуха в городе оценивают с помощью комплексного показателя ИЗА-5. Он меняется год от года и учитывает концентрации пяти самых распространенных веществ. Основные загрязняющие вещества в Красноярске на сейчас — бензапирен, формальдегид, диоксид азота, хлористый водород и так называемые взвешенные частицы.

По словам сопредседателя Российской экологической партии «Зеленые» Сергея Шахматова, взвешенные частицы разделяют на две большие категории — большие частицы и, собственно, маленькие. При этом реальную опасность для человека представляет именно мелкодисперсная пыль, способная проникать через любую защиту и в изобилии выходящая в атмосферу из многих источников в городе.

«Говоря о взвешенных частицах, первая категория — обычная пыль, которая появляется из разных источников. Это и вторичное загрязнение уличной дорожной сети — то, что налетает из атмосферы, из окружающих источников пыления. Это и неубранные дороги, это и пыление открытых участков грунта. Все это тоже является источником загрязнения атмосферного воздуха именно в приземном слое — 3, 5, 10 метров. В Красноярске большое количество предприятий, где не применяются электрофильтры, то есть очистка именно от крупнодисперсной пыли».

Шахматов уточняет, что эта крупная пыль впоследствии вылетает из труб. Здесь речь идет, в том числе, об огромном площадном источнике печного отопления в отопительный сезон.

«Помимо этого, есть мелкодисперсная пыль. Та же самая пыль, только меньше в размерах. Это взвешенные частицы, которые генерируют фактически все типы источников: от промышленных предприятий до самого города с его загрязненной улично-дорожной сетью. Мелкодисперсная пыль проходит все естественные барьеры защиты человека, пролетает через трахею и попадает в легкие. Как твердая частица, она несет на себе фактически все газообразные загрязняющие вещества. Поэтому очень важно в крупных городах, особенно в Красноярске, иметь программу подавления, которая позволяла бы превентивно убирать как носитель всех газообразных загрязняющих саму пыль — и большую и маленькую».

Бензапирен и формальдегид отличаются от пыли. В первом случае вещество образуется при сгорании угля, мусора и нефтепродуктов. Считается, что главными источниками бензапирена в российских городах являются угольные котельные и ТЭЦ. Также источником бензапирена называют частный сектор, мелкие котельные и гаражи. Формальдегид эксперты и вовсе называют малоизученным веществом, которое образуется не от конкретного источника, а из реакции нескольких загрязнителей. В итоге получается едкий газ, раздражающий дыхательные пути. К источникам также относят промышленные выбросы и выхлопные газы автомобилей.

«Формальдегид — очень опасное вещество, но малоизученное. В природе существуют такие ситуации, когда разных два вещества между собой вступают в реакцию при определенных условиях, и появляется этот газ. При этом этот процесс пока вообще никак не учитывается при реализации экологической политики», — отмечает руководитель общественного совета при Минэкологии Красноярского края Павел Гудовский.

Эксперт подчеркивает: для реального снижения уровня загрязнения воздуха в Красноярске нужен системный и комплексный подход. При этом первоначально необходимо последовательно определить природу возникновения каждого из указанных в ИЗА-5 веществ в Красноярске.

«Внешние вещества у нас вообще очень сложно определить, вряд ли кто-то взвешивает мелкодисперсную пыль, которую выбрасывают все. С высоты она вновь осаживается на дороги, затем опять взлетает и перемешивается с другими загрязнителями. В целом добиваться каких-то улучшений можно лишь после точного определения, кто в каком количестве и где выбрасывает загрязнения, какая зона его ответственности. Это нужно делать хорошие масштабные научные исследования. На это нужно финансирование, и это не один день», — подчеркивает Гудовский.

Важно отметить, что состав ИЗА-5 динамичен и меняется из года в год, из сезона в сезон. На это влияет сазу несколько факторов, один из основных — это климат.

«Зимой у нас одна ситуация, весной — другая. Каждый период года, каждый сезон характерен своими определенными климатическими условиями. И это все влияет на загрязнение воздуха, поэтому мы не сможем добиться каких-то доказательств, пока точно не будем знать, пока точно не изучим вообще всю природу происхождения загрязняющих веществ за длительный период», — рассказывает эксперт.

Кроме климата, на состав красноярского воздуха влияют все те же промышленность и транспорт. В этой связи эксперты говорят растущем количестве транспорта на дорогах и изменениях в объемах производства или работе очистного оборудования на заводах. Коллега Павла Гудовского — зампредседателя Общественного совета при Минэкологии Красноярского края Николай Алпатов убежден, что ключ к изменению ситуации по уровню загрязнения красноярского воздуха — грамотное и плотное взаимодействия горожан с профильными контролирующими органами.

«Потребители экологического состояния Красноярска — это его жители и гости. И в зависимости от того, довольны они экологией или не довольны, нам нужно судить, насколько успешно мы боремся с теми примесями, которые по ИЗА-5 у нас находятся. По сути, единственный критерий здесь — это человеческий нос, глаза и легкие. Сейчас Министерство экологии в лице министра Владимира Часовитина и его заместителя Юлии Гуменюк максимально открыты. Но, даже не смотря на это, меры, предпринимаемые сейчас, не вполне соответствуют тому, что требуют люди. Все дело в приоритетах, которые сейчас смещены в сторону от общественного запроса. А люди требуют решений здесь и сейчас», — рассказал Алпатов.

Диоксид азота — четвертое вещество в списке ИЗА-5, — представляет собой газ, образующийся при горении топлива. Главные источники — автомобильные выхлопы. В этой части можно справедливо вспомнить о буме электромобилей в Красноярске: может ли увеличение количества такого транспорта на дорогах привести к снижению вредной нагрузки на атмосферу? Эксперты резюмируют: может, но тут есть несколько подводных камней. По большей части — экономических. Как рассказал активист электромобильного движения и член Общественной палаты Красноярска Дмитрий Мотора, если пару лет назад и наблюдался «бум» электромобилей в городе, то сейчас все изменилось: доступный лифт к личному и экологическому транспорту «постарел», поскольку у электромобилей есть свой срок годности.

«Новые автомобили стоят существенно дороже. Спад в спросе обусловлен и международной обстановкой. Тем не менее, экологические преимущества такого транспорта сложно недооценить: в нем генерация энергии происходит не в местах скопления большого количества людей, а на ГЭС и ТЭЦ, что оттесняет побочные продукты этой генерации от города. Есть и еще момент — инфраструктура для электромобилей у нас все еще недостаточно развита. На бензиновом авто можно заправиться везде, на электромобиле человек будет лишний раз думать, выезжать или нет. Но инфраструктура все же растет: количество зарядных станций увеличивается, в индустрию заходят крупные игроки», — пояснил он.

Хлористый водород — последнее вредное вещество в списке ИЗА-5. Это тоже едкий газ, и эксперты сходятся на том, что он появляется в Красноярском воздухе исключительно за счет промышленных предприятий. Директор института экологии и географии СФУ Руслан Шарафутдинов отмечает, что даже несмотря на сокращение выбросов от предприятий, надеяться, что воздух в городе в холодное время года станет чистым или же уровень загрязнения станет просто повышенным — не стоит. По его мнению, такого не произойдет в обозримом будущем, поскольку в городе достаточно и других источников выбросов, помимо промышленных. Одновременно с этим Руслан Шарафутдинов подчеркивает: предприятия все же вносят существенный вклад в загрязнение воздуха в Красноярске, и даже четкое соблюдение требований НМУ, что выполняют далеко не все, повлияло бы на ситуацию.

«К сожалению, промышленные предприятия находятся прямо в пределах границ Красноярска, что, с учетом климатических особенностей и рельефа, обеспечивает их значимый вклад в загрязнение воздуха. К сожалению, в холодный период года, когда количество дней с НМУ наибольшее, значительно снизить выбросы от предприятий теплоэнергетики не особо удастся. Но в отношении других предприятий это в полной мере возможно. Однако мы видим, что некоторые предприятия и в НМУ работают с нарушениями, не имеют систем газоочистки или планов по снижению выбросов. И это, заметьте, в 2025 году, когда позади уже 6 лет реализации регионального проекта „Чистый воздух“. По моему мнению, таким предприятиям не место в пределах городской черты», — рассказал директор института экологии и географии СФУ.

Сегодня проблема чистого воздуха в Красноярске представляет собой сложный клубок взаимосвязанных факторов. Ее не решить разовыми мерами, поскольку она включает в себя целый спектр загрязнителей — от промышленных выбросов и автомобильных газов до пыли с неухоженных улиц. На все это накладываются особые климатические условия и рельеф города. Ключ к изменению ситуации может лежать в комплексном системном подходе: необходимы масштабные научные исследования для точного определения источников и природы каждого загрязнителя, жесткий контроль за промышленностью, развитие экологичного транспорта и инфраструктуры к нему, а также постоянный диалог между властями, предприятиями и жителями, которые своими «носами и легкими» являются главными оценщиками качества принимаемых мер.