Давос и Путин глазами политологов

Что нового и не нового сказал Владимир Путин в своем выступлении на открытии Всемирного Экономического Форума, чем порадовал, разочаровал и удивил, насколько реалистичны и актуальны его предложения – своими соображениями делятся политологи.

Начальник аналитического отдела, MBA, старший аналитик CiG (CentreInvest Group) Владимир Рожанковский:

Вообще, это очень хорошо для имиджа России, что ее делегация в Давосе представлена на столь высоком уровне. Речь Владимира Владимировича, безусловно, послужила источником многочисленных оценок и комментариев в СМИ. Однако позволю себе воздержаться от характеристики ее как "предложения".

Из того, что я вчера услышал по ТВ и увидел сегодня в онлайн-СМИ, я пока что увидел всего лишь очень подробное и превосходно систематизированное описание причинно-следственных связей, приведших к мировому финансовому кризису, с которым трудно поспорить.

Для того, чтобы оно по-настоящему стало "предложением", над ним должны потрудиться практики из международных финансово-экономических организаций.

А для этого оно как минимум должно найти поддержку у Давосской аудитории, которая привела бы к составлению некоего совместного меморандума. Вот тогда это уже можно было бы назвать "предложениями".

Кандидат политических наук, руководитель Владимирского регионального отделения Российской ассоциации политической науки Роман Евстифеев:

Четыре момента в выступлении Путина представляются важными:

Во-первых, Путин представил видение кризиса и путей выхода из него, которое трудно назвать новым. В основном все можно свести к двум положениям:

- глобальная экономика до сих пор регулировалась плохо и в интересах отдельных государств и корпораций;

- нужны механизмы более эффективного регулирования с привлечением в передовой отряд регуляторов самой России.

В целом большинство предложений Путина действительно вполне реальны и достижимы, даже несмотря на спорные и в некоторой степени лукавые пассажи об ошибочности чрезмерного вмешательства в экономическую жизнь со стороны государства. Но, возможно, эти слова связаны с той аудиторией, перед которой выступал наш премьер. Это - Давос, а не Лужники.

И все же, во-вторых, несмотря на слова Путина о крахе финансовой системы и критику чрезмерного приоритета "виртуальных денег" над реальным производством, в целом слова Путина лежат в мэйнстриме "охранителей" финансово-банковской модели глобальной экономики. Путин не стал выходить за рамки уже сложившейся модели, а ограничился пока мерами по ее восстановлению и совершенствованию. Другими словами, Путин оказался вполне солидарен с ушедшим президентом США Дж.Бушем в том, что причины кризиса - не в глубинных дефектах свободной рыночной экономики и выход совсем не в том, чтобы эту модель менять.

Отсюда вытекает третье. Возможно, меры по спасению данной модели и усилению роли России в ней, предложенные Путиным, будут иметь некоторый успех, но Путину не удалось однозначно ответить на вопрос, который со всей силой встает сегодня перед ведущими странами мира: будет ли рыночная система в конце концов служить обществу, или общество будет продолжать служить ей? Будет ли в посткризисном мире прибыль продолжать являться главным двигателем и регулятором социально-экономической жизни?

Самые спорные и слабые места в речи Путина касаются как раз нужд и проблем обычных людей, возникающих во многом из-за неотъемлемых свойств свободной рыночной экономики. Вернее, про это наш премьер практически не говорил, хотя chairman г.Шваб во вступительном слове обозначил проблематику ответственности политических лидеров перед населением.

Особенно спорным показался тезис о том, что одной из причин кризиса являются слишком высокие стандарты потребления в некоторых странах. Тезис, надо сказать, не просто неудачный, но даже можно сказать популистский. И это несмотря на то, что Путин в своем выступлении сам и предупреждал о недопустимости именно популистских решений.

И в заключении, в-четвертых, местами выступление Путина перед собравшимися в Давосе напоминало некий отчет. Отчет перед либеральной элитой о том, как Россия остается в целом верной курсу нынешней находящейся в кризисе финансово-спекулятивной модели глобализации. Нужно только согласованно ответить на те вызовы, которые эта модель предъявляет нам сегодня и более эффективно приспособить реальность под эту модель.

Хотя, вполне возможно, что то, с чем мы столкнулись, это не вызовы со стороны данной модели глобализации, а вызов, обращенный к самой глобализации, модель которой требует существенного пересмотра, если не замены основных ее элементов.

Но подобных обобщений и высказываний мы вряд ли были вправе ожидать от речи, открывающей съезд лидеров и основных выгодополучателей угасающего на наших глазах давосского мира.

В целом, показалось, что реформаторский запал Путина был явно менее критичен к капиталистической системе, чем у его китайского коллеги, выступавшего чуть позже.

Однако, судя по всему, премьеру Китая тоже не удалось поколебать Дао Давоса, стремящееся к сохранению либеральной модели глобальной экономики.

Источник: Комментарии.ру