Федор Бондарчук избавился от наркозависимости

Федор Бондарчук, пожалуй, самый успешный кинематографист поколения 40‑летних, смог победить самую ужасную из своих проблем - наркотики. Впервые известный режиссер рассказал откровенно об этом в интервью Life.ru.

- Ваш «Обитаемый остров» бьет рекорды по обсуждениям - одни восхищены, другие хают. Такого обилия разнополярных мнений я не помню. Зрители готовы драться друг с другом, словно футбольные болельщики...

- В первые дни проката фильма было больше миллиона скачиваний из Интернета, - подхватывает тему Федор. - Причем скачивали корявую пиратскую копию. Блоги буквально «распухали» от количества рецензий зрителей.

- Чьи слова наиболее запали в душу?

- Меня тронули добрые слова Бориса Натановича Стругацкого: «Это первая лента по Стругацким, которой удалось в полной мере передать дух собственно книги Стругацких». Поверьте, это высшая награда для меня и для всех, кто снимал картину. Что же касается кассовых сборов, то мы, конечно, не добрали ту сумму, на которую рассчитывали.

- Это из-за конкуренции со «Стилягами» Тодоровского?

- Не только. Вместе с «Обитаемым островом» вышли и «Стиляги», и уже хорошо раскрученная вторая часть комедии «Любовь-морковь». Плюс еще, конечно, рубль подвел. Я имею в виду мировой финансовый кризис, который ударил по всем без исключения.

- Тем не менее Вас иногда называют теневым олигархом отечественного кинематографа...

- Это все преувеличение! Мне как-то попался в руки журнал «Форбс», где меня внесли в какой-то список, но, как говорит мой друг Гоша Куценко, где бы посмотреть на эти миллионы.

- Когда ждать продолжения «Обитаемого острова»?

- В апреле, даст Бог, вторая часть фильма выйдет в прокат. С названием мы определились. Фильм будет называться «Обитаемый остров. Война». Сразу скажу, что он будет сильно отличаться от первого. Философия, философские тексты уйдут на второй план.

- Очень много споров вызвала игра Василия Степанова, белокурого красавца, который исполнил заглавную роль...

- По поводу Васи прошлись все, кому не лень. Некоторые высказывания были весьма остроумны. Например, мне запомнилось такое, с намеком на его кудри: «Вода становится мокрой, когда в нее заходит Вася Степанов!» Шутка хорошая. А если серьезно, я убежден, что Василий уместен в картине. Кстати, по жизни Степанов очень скромный парень, которого просто достали с его эффектной внешностью.

- Степанова уже называют новым секс-символом российского кино. А ведь до сих пор этим, образно говоря, титулом владели Вы...

- Я привык ко всевозможным ярлыкам. Меня это не раздражает. Думаю, что и Василий отнесется к неизбежной шумихе вокруг себя сдержанно. Тут ведь главное, чтобы близких людей не задевали.

- А если ваши близкие люди сами задевают кого-то? Например, скандальная драка между вашим сыном Сергеем и теннисистом Маратом Сафиным.

- Нет-нет, Сережа не бил Марата. Там была драка, но мой сын лишь разнимал дерущихся. Но весь ужас ситуации в том, что мы с Маратом товарищи. Я сразу после этой неприятной истории публично принес извинения Сафину. Ну, что поделаешь, сын мой действительно находился в тот момент в том самом месте. Хотя, повторюсь, он лично Марата не бил.

- Сын по характеру на вас похож?

- О нет! Я был, как принято говорить, загульный. Володя Пресняков, Сережа Мазаев, Наташа Ветлицкая, Стас Намин, Степа Михалков, Филипп Янковский - вот моя компания, которая была со мной, когда появлялись первые ночные клубы в Москве. В те времена я был очень буйный.

- Могли подраться?

- Да. И подраться, и, чего уж греха таить, напиться. Драки в «Синей птице» с моим участием были не редкостью. Я думаю, что меня молодого с ужасом вспоминают в отделении милиции № 108. Например, когда была проблема с Карабахом, мы с друзьями подогнали машину к «Интуристу» и раскрасили ее слоганами «Свободу Карабаху!» и «Свободу армянам!». Разумеется, нас «повязали» - мы весь день провели в отделении.

- Отец, знаменитый советский режиссер, как-то пытался вмешиваться в ваши хулиганские дела? Вызволял из милиции?

- Знаете, нет. Единственный раз он вмешался, когда меня забрили в «трубе». Это знаменитый в советские времена подземный переход на станции метро «Пушкинская». Там собиралась неформальная молодежь - панки, хиппи, музыканты, поэты. А комсомол в противовес создавал бригады под названием «Березка». И вот эти «березки» ходили по улицам и вылавливали неблагонадежных парней и девушек. В один из рейдов забрали и меня прямо из того самого перехода. Когда это стало известно папе, он позвонил куда-то, и меня отпустили.

- Отношения сына и отца были сложными?

- Пожалуй, да. Все дело в том, что родители были против моего брака со Светланой. Их можно понять, ведь мне было всего 19 лет, когда я решил жениться. У нас произошел конфликт на этой почве, и я ушел из дома. Жил у Тиграна Кеосаяна долгое время. И вплоть до 1993 года мы с отцом не разговаривали. То есть почти 8 лет. А помирились лишь на вручении премии «Овация». Так вышло, что папе надо было вручать награду лучшему клипмейкеру, а им оказался я. В этот вечер мы вновь стали самыми близкими людьми.

- Поговаривают, что вы одно время увлекались наркотиками...

- Опять же, врать не буду, был и такой период в моей жизни. Это вообще было присуще моему поколению, чья молодость пришлась на бурные годы начала 90‑х, - продолжает Федор. - Первые ночные клубы, первые большие деньги, первые успехи, а там уже и первый кокаин, как правило. Я вам откровенно скажу, что на кокаине потерял многих друзей, причем это были ребята из разных слоев: и банкиры, и бизнесмены, и артисты. Кокаин - это страшно, это реально губительно для человека. Повторюсь, что я счастлив, что с этим делом быстро справился. Правда, потом у меня начались проблемы с алкоголем. Но все это в прошлом. Я не пью, с тусовок всех ухожу домой раньше остальных. Мой сын даже издевается надо мной - сгорбится, одну руку в бок и старческим голосом кряхтит: «Федор Сергеевич уже старенький... Федор Сергеевич хочет кашу на ночь и баюшки-баю...»

- Артист?

- Еще какой. Но если серьезно, мне уже перевалило за 40 лет. Статус не позволяет вести «найт лайф», как любят у нас выражаться. Последний раз был в ночном клубе не помню уж и когда. Иностранному продюсеру одному надо было показать, как отрываются в Москве - уж больно он хотел разврата! Вот я его и сводил в одно местечко.

- Оторвались по полной?

- Я нет. А этот господин просто рот открыл от изумления, как гуляют в России. Я вообще отхожу от всех этих ночных забав. Сын говорит, что постарел. Я думаю, что поумнел. Хотя если бы я реально поумнел, то не жил бы иллюзиями.

- Вы живете иллюзиями?

- Увы. Я до сих пор верю в дружбу, в братство, в лучшие качества человеческие, а жизнь показывает, что все совсем не так. И друзей, настоящих друзей, а не приятелей, раз, два и обчелся. Я больше скажу - такой друг у меня вообще один. Это Руслан Байсаров...

- Вы добились многого в жизни. Что для вас самое ценное?

- Моя семья. Потом, конечно, кинематограф. Я еще себя не реализовал в полной мере. Но главная моя мечта связана не с кино. Я мечтаю о ребенке. У меня двое детей, которых я обожаю, но я хочу третьего. И хочу, чтобы был мальчик.

- А жена в курсе?

- Разумеется. Скажем так, Света уже озаботилась на этот счет.

- Вы идеальная пара?

- У нас всякое в жизни бывало, бывали разлады. Причем серьезные. Когда мне стукнуло 30 лет, в семье наступил кризис отношений. Виноват был я. Точнее, тот образ жизни, который я вел.

- Клубы?

- Да. Клубы, выпивка и все то, о чем я уже говорил выше. Мы даже расстались в день моего тридцатилетия. Я уехал жить на дачу, а Света осталась в нашей московской квартире. И так продолжалось полгода. С тех пор таких проблем у нас уже не было.

- Вы способны простить измену?

- Нет. Сам не изменяю. И измену не смогу никогда простить. Это честно.

- А как же слухи о служебных романах на съемочных площадках?

- У кого-то может быть и случается подобное. Но я в своей жизни был влюблен один раз - в свою Свету. Ни одна актриса на площадке или вне ее не смогла поколебать моих чувств к любимой. Я однолюб.

- Образ успешного человека предполагает, что вы много путешествуете по миру...

- Ничего подобного! Жена у меня любит путешествовать. Что есть, то есть. А вот я нет. Более того, я ненавижу летать на самолетах. Перелеты для меня - это головная боль. Поэтому я не был ни в Таиланде, ни на Бали, ни на Фиджи. Конечно, иногда мне приходится летать. Но исключительно по работе! По собственной воле я в самолет никогда не сяду. Да и вообще я трудоголик. Я не люблю выходные. Выходные - это большая проблема для меня. Конечно, я занимаюсь спортом. Летом, например, несколько часов обязательно катаюсь на велосипеде. Но в целом я жду, когда наконец настанет рабочая неделя.

- А как же модный у представителей шоу-бизнеса отдых в Индии?

- Это без меня. Бывает, что приятели набрасываются на меня, мол, Бондрик, ты просто обязан слетать туда, чакры прочистить, обновиться, все такое. Я говорю: а сколько туда лететь? 13 часов, отвечают, плюс там пару недель. Я говорю: две недели ставить себе клизмы из масла и свечки из масла - да никогда!

- Весь мир парализован финансовым кризисом. Куда вы вкладываете деньги?

- В строительство. У меня много проектов, которые никак не связаны с кинематографом. Я вообще люблю строить. У меня большой дом здесь, у меня есть недвижимость в Испании. Кроме того, я открыл три ресторана в Москве: «Вертинский», «Ваниль» и «Бистро». Да! Я же еще плотно занимаюсь двумя интернет-проектами. Тоже не имеющими отношения к кино. Я очень надеюсь, что Россия и все мы скоро выкарабкаемся из кризиса.