Парад неправосудия как норма бытия

Вчера коллегия присяжных Московского окружного военного суда (МОВС) единодушно вынесла оправдательный приговор обвиняемым по делу об убийстве обозревателя Новой газеты Анны Политковской.

Вердикт: следствию не удалось собрать веских доказательств вины подсудимых. Таким образом, спустя два года после открытия дела правоохранительные органы продемонстрировали полную беспомощность в расследовании крупнейшего политического убийства последнего времени.

На 19 вопросов из 20 присяжные ответили оправдательным решением, посчитав вину подсудимых, двух братьев Ибрагима и Джабраила Махмудовых и бывшего сотрудника МВД Сергея Хаджикурбанова, недоказанной. Единственный факт, признанный доказанным, – само убийство. Коллегия оправдала Хаджикурбанова и подполковника ФСБ РФ Павла Рягузова по обвинению в превышении должностных полномочий в отношении предпринимателя Эдуарда Поникарова.

Процесс по делу об убийстве Анны Политковской тянулся с ноября прошлого года. Все это время прокуроры уверяли и власть, и граждан в том, что имеют на руках неопровержимые доказательства причастности подсудимых к совершению преступления. И все это время адвокаты подсудимых заявляли о полной их невиновности.

Расследование напоминало пиар-кампанию: непрерывно крутились по каналам кадры со злоумышленником, то ли входящим, то ли выходящим из подъезда дома, где произошло убийство, мелькали на экранах фотороботы. В августе 2007 года промелькнуло сообщение, призванное продемонстрировать высочайшую оперативность следствия: 10 задержанных по делу Политковской причастны к совершению заказных убийств не только в России, но также в Украине и Латвии.

Потом наступило время сомнений: адвокаты и обвиняемые чувствовали себя все более уверенно. Новая газета давала сдержанные, но проникнутые беспокойством комментарии.

И вот 17 февраля гособвинение выдвинуло новую версию организации этого преступления. Прокурор Юлия Сафина неожиданно заявила, что к организации убийства причастен Лом-Али Гайтукаев – двоюродный дядя обвиняемых братьев Джабраила и Ибрагима Махмудовых. Это был признак паники: следствие показало, что зашло в тупик. Окончательно это стало ясно во время вчерашнего процесса.

Главный редактор Новой газеты Дмитрий Муратов заявил после суда, что дело об убийстве Анны Политковской после оправдательного вердикта присяжных: "Еще раньше я согласился бы с любым решением присяжных, потому что с самого начала они зарекомендовали себя очень грамотными, серьезными людьми".

Главное расследование впереди, уверен Муратов. Совладелец Новой газеты, президент холдинга «Новые медиа» Александр Лебедев заявил вчера: "На мой взгляд, данный вердикт – это следствие несовершенства российской правоохранительной и судебной системы".

Он уверен, что законодатели могли бы дать следствию больше возможностей для эффективной работы, но по непонятным причинам не сделали этого.

Председатель Союза журналистов России Всеволод Богданов говорит о чувстве стыда, которое вызывает у него единодушное решение присяжных: "Увы, мы очень далеко ушли от эйфории начала 1990-х годов, когда в обществе так много говорилось о свободе слова, когда СМИ называли "четвертой властью", и, на мой взгляд, в данном случае происшедшее – это позор власти".

Причины поражения правоохранителей в процессе – вопиющий непрофессионализм. Вместо убедительных доказательств, полагает член Московской городской коллегии адвокатов Олег Щербаков, "присяжным заседателям наверняка предлагались оперативные разработки этих людей": "Но это не есть доказательства. полной мере. И поэтому такие доказательства были легко разбиты адвокатами перед коллегией присяжных в прениях".

"Эти доказательства были скорее всего получены при очень сомнительных обстоятельствах, с точки зрения Уголовно-процессуального кодекса. Я слышал, как один из адвокатов заявил: пусть мне обвинение покажет, что мой подзащитный хоть какое-то отношение имел к Политковской! Если вы это скажете, я готов признать свою вину. Среди свидетелей в основном наверняка была толпа оперов, кто еще мог там что-нибудь путное сказать, кроме оперов, которые во всем уверены – по роду своей службы...".

Хотелось бы сказать, что результат процесса – беспрецедентный случай для нашей правоохранительной системы. Однако вся беда, что он – прецедентный. Недоказательство преступлений стало в России системой. Очевидно, страна была бы потрясена, если бы преступление оказалось раскрыто. Потрясения не случилось.

Все эти годы нас убеждали в том, что спасение – в перестановках, в перепланировках, в административных реформах. Очевидно, дело в другом. В глубинном непонимании правоохранительными органами своего предназначения. И, добавим, нетребовательности граждан. Не готовых пока потребовать от власти защиты. Не понимающих, что если беззащитны журналисты, то вдвое беззащитнее становятся они сами.

Источник: Независимая газета