В зале кинотеатра. «Игра», «Спиди Гонщик»

Осторожно, футбол!

Режиссер Рогожкин снял кино про футбол. По заказу Российского футбольного союза. Действие фильма происходит в ближайшем будущем. Как в «Параграфе 78». Ну и фильм, в общем, такого же уровня получился, как двухсерийная фантастическая сага клипмейкера Хлебородова.

В «Параграфе» на время действия указывает фраза «Да ее ещё при Путине строили!» В «Игре» герои находят потайной шкаф, до отказа набитый пятитысячными купюрами текущего образца, после чего один из персонажей говорит: «Да кому они теперь нужны!» Потом эти деньги начинают считать. Зачем – непонятно. И вообще эти деньги никак в дальнейшем повествовании не участвуют. Ну, и не только они. В фильме есть и другие сюжетные линии, которые обрываются на полуслове, уходят в никуда. Например, история с похищением спортивного кабриолета одного из футболистов. Или, вот, допустим, первая сцена фильма – когда спецназ штурмует кабинет, в котором заперлась строптивая уборщица. С уборщицей этой потом ничего плохого не случилось, ее даже не уволили. И всякие другие непонятки.

Тут, с одной стороны, можно, конечно, вспомнить американского писателя Филипа Дика, который всю жизнь писал как проклятый. Гонорары были маленькие, и, чтобы элементарно прокормиться, Дик был вынужден шарашить по клавишам печатной машинки с утра до вечера. Допинг при этом, понятно, употреблял. Поэтому у него в книгах зачастую случались персонажи, про которых он элементарно забывал по ходу работы. Но Рогожкин-то творил явно не в беспамятстве. Он просто халтурил. Халтура эта торчит буквально из каждого кадра.

Начнем с того, что в фильме про футбол никакого футбола практически и нет. Он весь за кадром. В финале наша сборная выигрывает чемпионат мира. Основная сюжетная линия – ставка, сделанная администратором команды на тотализаторе на этот матч. Узнать результат он смог с помощью алкоголика-сторожа, работающего на спортивной базе – тот, когда напивался, начинал предсказывать результаты матчей. Получается, что перед нами уже и не спортивная драма, а плутовская комедия. Но и это неверно. На самом деле, фильм «Игра» - это винегрет, окрошка. Блюдо, в котором все компоненты далеко не первой свежести.

Сюжет расползается киселем. Словно пьяная исповедь в купе, перескакивает с темы на тему, обрывая одни истории и тут же начиная другие. 33 анекдота одновременно. Некоторые из них вполне могли бы быть смешны. Беда в том, что большинство актеров элементарно не умеют играть. Более-менее сносно работает лишь старая школа – Юрий Степанов в роли того самого жулика-администратора, Булдаков в роли алкаша-сторожа, и Артур Ваха в роли массажиста сборной (кто видел «Семь кабинок» Д. Месхиева, наверняка запомнил сыгранного Вахой киллера).

Из молодых да ранних круче всех лажает Даниил Страхов. Он играет Азиза, криминального авторитета некоей кавказской диаспоры. Судя по тому, какие реплики произносит Азиз, этот персонаж должен был быть чем-то вроде т-ща Саахова в «Кавказской пленнице». Ну, вы понимаете, кто такой Этуш, и кто такой Страхов... Вот будь на месте Страхова Дмитрий Дюжев, может, чего и вышло бы. Случай Страхова-Азиза, впрочем, лишь самый яркий пример. Когда отчетливо видно несоответствие замысла и уровня исполнения. А так в этом фильме и шутки так себе, и клоуны несмешные.

В результате фильм более всего напоминает какое-то телевизионное юмористическое шоу, разросшееся вдруг до полного метра. Вот, помните, была такая классная передача «Осторожно, модерн!»? Там каждый выпуск был – законченная история. Например, про футбол. Блистательный тандем Роста и Нагиева плюс неплохие сценарии Анны Пармас и Сергея Роста. Так вот, берем, значит, выпуск «Осторожно, модерн!» про футбол, растягиваем его до полутора часов, вымарываем сценарий Роста и Пармас, затем удаляем самого Роста, а потом – раззудись, рука! – еще и Нагиева. В результате получаем фильм «Игра». Не смешно, зато про то, как наши чемпионат мира по футболу выиграли. Или это само по себе уже смешно? Должен признаться, я мало что понимаю в футболе. Я больше про кино. А кино под названием «Игра» скучное и непрофессиональное.

Зато там есть полный шкаф пятитысячных купюр, спортивный кабриолет и спецназ, штурмующий кабинет, откуда полоумная уборщица выкидывает сейф в окно. Режиссер Рогожкин все-таки профессионал. Хоть и халтурящий профессионал. Он верно рассчитал, что экшн в самом начале фильма, дорогущая тачка и куча денег (в человеческий рост) сработают как кошка, выбежавшая на сцену в разгар спектакля. И никто уже ничего не заметит. Ни унылых острот, ни профнепригодности актерского состава, ни историй, которые забыли рассказать до конца.

Зато наши выиграли у Германии 4:3 по пенальти. Хотя бы в кино. Можно поздравить Российский футбольный союз с удачным вложением средств.

Только зрители в зале почему-то не смеются. Так, хмыкнули пару раз за весь сеанс.

Фильм-индиго, или Четвертый сон Бананана

Новое кино существует. Оно наступает. Придумал его Роберт Родригес. Он явил этому миру «Однажды в Мексике», «Город грехов» и «Детей-шпионов». Первый породил «Пиратов Карибского моря», второй – «300 спартанцев», третий – «Спиди Гонщика».

Как водится, идеи, рожденные революционерами-визионерами, доводили до ума-абсурда-нужное-подчеркнуть мастеровитые ремесленники. В данном случае – брат и сестра Вачовски. Для тех, кто только что упал с Луны, сообщаем, что минувшей осенью Ларри Вачовски поменял пол и является теперь Ланой Вачовски.

Все перевернуто с ног на голову. В традиционной схеме новатору-революционеру полагалось быть отмороженным на всю голову эксцентриком, человеком не от мира сего, что не знает цену деньгам и удержу своим фантазиям. А тут наоборот: Родригес – настоящая трудолюбивая пчела, знает цену трудовому центу и умудряется снимать до крайности эффектные фильмы за сущие, по голливудским меркам, копейки. Внешне производит впечатление крайне здравомыслящего человека (особенно на фоне своего кореша Квентина Т.).

Не то брат и сестра Вачовски, вечные эпигоны, жадные до разукрашивания чужих пасхальных яиц, будь то нуар («Связь»), киберпанк («Матрица») или политический плакат, повенчанный с комиксом («V» значит «вендетта»). Безумные графоманы, помешанные на комиксах и садо-мазо. Их самый убедительный и внятный фильм – о женщине, считающей себя мужчиной. Но это было давно. Нынче же все, к чему они прикасаются, превращается в невразумительную белиберду. Экранизация мультсериала о Скоростном Гонщике (это имя и фамилия такие) не стала исключением. Сначала про матчасть. «Спиди Гонщик» - это японский мультсериал по мотивам одноименного комикса. Был выпущен в Америке еще в 1960-х (после того, как оттуда вырезали все жестокие сцены). Нынешний фильм – попытка снять кино, которое бы выглядело как анимация. Нереально яркие цвета. «Плоская» картинка, когда в фокусе одновременно задний план и передний. И все актеры говорят так, как будто обожрались экстази.

В чем фишка, брат? В том, чтобы снять кино, идеальное с точки зрения современного ребенка. Кино-индиго. Чтобы гремело, бухало, било цветовым овердозом по глазам, а в голове – блаженная Пустота. Буддистский такой подход. Даром что речь у нас тут идет о киноверсии аниме-сериала.

Есть такое популярное заблуждение, что, мол, «для детей надо писать так же, как для взрослых, только лучше». Мне уже как-то приходилось писать на эту тему, так вот, повторюсь – тот, кто это сказал, никогда не смотрел фильмов Джеки Чана. Буквально вчера смотрел сюжет по ТВК – они там задумали акцию: известные красноярцы читают сказки своим детям. Классическая картина: VIP-земляк с чувством, толком, расстановкой читает какого-нибудь Андерсена или Кэрролла, а в это время его отпрыск яростно ерзает, мечтая о трансформерах. Ну и ничего удивительного. Ведь большинство известных нам «детских сказок» - это адаптированный пересказ, откуда заботливыми редакторами вычищены насилие, каннибализм, секс, инцест, цинизм и сарказм.

И вот детство наносит нам ответный удар. На экранах фильм, который выглядит как «Телепузики» на стероидах. Взрослому человеку смотреть его решительно невозможно. Это не метафора никакая. Официально предупреждаю всех совершеннолетних читателей, что просмотр фильма «Спиди Гонщик» - довольно болезненная и неприятная процедура.

В этом смысле «Спиди» от породивших его «Детей-шпионов» отделяет пропасть. Родригес, несмотря на весь его визионерский радикализм, все ж таки вполне взрослый человек. И соответственно, «Дети-шпионы» - это история, рассказанная отцом.

А «Спиди» - это разговор телепузика с телепузиком. Фильм, снятый большими толстыми детьми, которые так и не смогли повзрослеть. Это один большой рекламный ролик – родителям малышей известно, что это самый востребованный детьми визуальный формат. Представьте себе рекламную паузу продолжительностью два часа, и вы поймете, что такое «Спиди». Какие бы спекуляции ни возводили шарлатаны всех мастей вокруг детей-индиго, есть один сугубо научный факт – способность к концентрации у нынешних детей сильно понижена. У взрослых, впрочем, тоже, просто это не так заметно.

Так что, да, перед нами совершенно новое, революционное кино. Которое движется во все стороны сразу. В котором масса визуальной информации при минимуме смысловой нагрузки. В котором нарратив полностью уступил место клиповому монтажу. Да, именно уступил – дело в том, что в «Спиди» есть сюжет, путь примитивно-одноклеточный, но все же достаточно внятный. Другое дело, что ваше сознание воспринимать его отказывается. Зрительный нерв работает на полных оборотах, а мозги крутятся вхолостую. Такое, знаете ли, кино-диско. Когда мелодия, хоть она формально и есть, совершенно не важна, а главное – ритм. Впрочем, подобный фокус брат и сестра Вачовски уже проделывали, когда еще были просто двумя братьями. Сняли псевдофилософский видеотрактат о рукопашном бое и красоте падающих гильз.