В зале кинотеатра. «Умники»

Есть такая проблема – нормальному взрослому мужику нечего смотреть в красноярских кинотеатрах. Везде одни комиксы и мультики. Есть, правда, еще «Секс в большом городе», но это продукт, сделанный мужиками ненормальной ориентации для женщин. И еще там Сара Джессика Паркер – возможно, самая некрасивая из всех известных киноактрис. Или – самая известная из некрасивых.

В фильме «Умники» тоже есть Сара Джессика Паркер. Но почему-то здесь никакого раздражения она не вызывает. Нет, красивше она не стала. Просто в «Умниках» сквозь знакомые нескладные черты проступает одухотворенность. Да, не будем бояться высокого штиля и умных слов, благо наш герой – профессор филологии. Вот говорят, что Гегель, когда писал свои философские трактаты, непременно зачитывал черновики своей жене. И если та понимала хоть одну фразу, бежал немедленно переписывать. Это как раз наш случай. Профессор Лоуренс Узерхолд любит говорить долго и непонятно. Героиня С.Д.Паркер, которой он назначил свидание в ресторане, засекла время – 45 минут без перерыва трындел ученый муж о тонкостях литературной критики, не давая даме, которую теоретически вызвал на охмурение, вставить ни слова.

Студенты ненавидят профессора Узерхолда и пишут на него анонимки в деканат: уж больно суров, жучила, много задает, строго спрашивает. «А я не тупой зубрила!» Это прямо как привет из соседнего кинозала, где грохочет очередной невменяемый блокбастер про гигантского зеленого мужика в безразмерных трусах.

Но я – нормальный взрослый мужчина, и мне интересно смотреть фильм о жизни профессора Узерхолда. Потому как профессор, несмотря на всю свою эрудицию и академическое высокомерие, оказался достаточно глуп, неловок и ограничен для того, чтобы, добравшись до пятого десятка, потерять полный контакт с реальностью. Играет его Деннис Куэйд. Отличный выбор – тоже, в общем, вполне себе видный мужчина, который, однако, не сумел добиться высот в профессии и потерпел крах в личной жизни (жена его, Мэг Райан, после долгих лет вполне счастливого брака сбежала к Расселу Кроу, который ее поматросил и бросил).

В общем, это фильм про интеллигентных людей. Старорежимного такого образца. Весь дом завален книгами, а гвоздя прибить не может. И в руках наглого слесаря из ЖЭКа совершенно беззащитен. Но при этом мнит себя высшим существом, потому как Гёте в оригинале читал. Когда-то в юности.

В Советском Союзе любили кино про таких людей снимать. А сейчас, по-моему, подобные фильмы снимают только в Америке. Из лучших можно вспомнить «Любовную песню для Бобби Лонга» (у нас на лицензионном DVD выходила как «Любовная лихорадка») с Джоном Траволтой, сыгравшим там писателя, поразительно похожего на Сергея Довлатова, каким его описывают современники. Или фильм «Проживая зиму» с Уиллом Феррелом - там с ним происходит примерно то же, что и с Сарой Дж.Паркер в «Умниках»: тошнотворный комик вдруг оборачивается тонким и трогательным актером.

Много в Америке таких фильмов. Просто у нас их мало показывают. Вот и «Умники» идут лишь в одном красноярском кинотеатре. Возможно, все дело в том, что в США мизантроп-филолог и докторша вполне могут себе позволить быть пусть не богатыми, но все же достаточно обеспеченными людьми. А это уже какая-никая, а целевая аудитория. В отличие от русских нищебродов с высшим образованием.

Все эти американские фильмы о неприкаянных интеллигентных недотыкомках роднит интонация. Тихое такое бормотание. Уютное, как камин зимним вечером. И при этом ироничное. В «Умниках» это оформлено еще и музыкально: первую половину фильма, когда мы наблюдаем обломки профессорской жизни, постоянно бренчит гитара – одним аккордом практически, который, однако, ничуть не раздражает, но создает настроение уютного сплина. Затем, во второй половине, когда наш американский Бузыкин рискует, наконец, выползти из своего футляра, и превратиться из ходячей энциклопедии, написанной языком, недоступным женщинам, в более-менее живого человека, к гитарке присоединяются струнные. Возникает какая-то простенькая мелодия. Почки на ветках лопаются. Ласточка в сенях.

Второй по значимости персонаж фильма – дочь профессора. Ее играет Эллен Пейдж («Леденец», «Джуно»). Яблоко с яблони. Не пила, не курила, на танцы не ходила, читала книжки, папе язвила. Один раз выпила пива, и - ! Влюбилась в сводного дядю, конченого лузера, но обаятельного – типа старика Буковски, только моложе лет на 15. Да, а еще эта дочка – член клуба молодых республиканцев. Это вот примерно, как если бы у русского профессора-филолога, для которого «Эхо Москвы» как Библия, дочурка бы в «Молодую гвардию» вступила. «Твоя дочь превращается в андроида», - предупреждает профессора брат-буковски. Тот смотрит волком – он сам уже много лет андроид и ничего страшного в этом не видит.

Но ласточка с весною все ж летит. Близится Рождество. Осенний марафон угрюмого специалиста по викторианской литературе близок к финалу. Домашний Буковски научит его заветным словам, которые нужно говорить женщине, которую любишь. Язва-дочь придумает хитрый способ продать издателям папину книгу, которую ни один нормальный человек не в состоянии прочесть. Докторша принесет рождественский торт, в котором вместо свечи будет бутылек с антидепрессантами. Тяжело выдохнут многолетнюю пыль длинные книжные полки. Побитый жизнью профессор и его вусмерть закомплексованная дочь, найдут, наконец, в себе силы пережить смерть жены и матери, случившуюся много лет назад, и двинутся дальше. И, прищурившись, как Клинт Иствуд, недотепа-буковски посмотрит им вслед. С вечным косяком в зубах и в чужой пижаме в середине дня.

А я, обычный мужчина средних лет, выйдя из кинотетра, поплетусь домой писать свой сумбурный рассказ о том, как в кои-то веки случилось мне в красноярском кинотеатре посмотреть умное, доброе, ироничное кино, снятое нормальные взрослыми людьми про нормальных взрослых людей и для таких же нормальных и взрослых. И сколько раз увидишь Халка, столько раз и убей его!

Но гвоздь в стену так никто и не вобьет.

Жанр не тот.