В зале кинотеатра. «Секретные материалы: Хочу верить»

Пару недель назад, сидя в кинозале и ожидая начала сеанса, услышал разговор двух парней, сидящих впереди: «А ты смотрел сериал в детстве?» В такие минуты и понимаешь, что такое старость – когда я смотрел сериал, у меня уже у самого ребенок был.

Не сочтите за кокетство. «Секретные материалы» и впрямь хорошо подходят на роль водораздела эпох. Они сделали конспирологию Большим Жанром. Когда вы слышите диалоги героев Lost, которые умудряются говорить часами, не говоря ничего, вы имеете дело с наследством «Секретных материалов». Помнится, сериал Криса Картера я бросил на третьем сезоне – стало ясно, что К.К. заврался окончательно, увяз. То же самое сейчас происходит и с Lost. Хотя, конечно, эволюция не стоит на месте – Джей Джей Абрамс нарезает круги конспирологической паранойи куда более изящно. Иногда даже отчетливо видно, как он издевается над зрителем. Ну-ну, поглядим, что дальше будет.

А вспомнить знаменитые шизодиспуты персонажей «Матрицы»! Все это тоже украдено у Картера.

В новом фильме многозначительно-бессмысленных диалогов также с избытком. Они далеко не так изящны, как в Lost. Скулы сводит. Слушаешь их как бессмысленное бормотание престарелого родственника, впавшего в маразм. Иной раз сквозь темную воду диалогов и не разглядеть, о чем речь – то ли о борьбе со всемирным злом, то ли о запутанных отношениях Малдера и Скалли.

Про отношения интереснее. Потому как никакого всемирного заговора в новых «X-files» нет и в помине. Вполне себе частный случай по меркам сериала – кто-то похищает и расчленяет женщин. Кабы не громкая франшиза, вполне можно было бы принять за b-movie. Впрочем, у фильма и так довольно скромный по голливудским меркам бюджет – 35 млн.

Итак, в фильме нет фирменной паранойи, но много бессмысленных диалогов, во время которых персонажи делают сложные лица. Напоминает анекдот о провинциальном актере, которого попросили изобразить духовные искания персонажа. Все тот же привычный, но уже совсем не милый набор недостатков продукции Криса Картера: фильм безбожно затянут, ему катастрофически не хватает динамизма. Саспенса тоже нет – атмосфера интригующего кошмара заявлена, но фактически в кадре не присутствует.

Теоретически вся интрига должна была быть закручена вокруг судьбы экстрасенса-священника, некогда осужденного за развращение 37 мальчиков, а ныне потчующего ФБР своими видениями относительно судьбы пропавших женщин. Типа – впрямь раскаялся али пиар наводит? Возможно, там, в стране образцовой демократии, кого-то и впрямь может всерьез волновать этот вопрос. Русский зритель реагирует на эту сюжетную линию сначала жизнерадостным ржанием – когда она только заявляется, а затем лишь смиренно скучает. Где ты, озорной и непобедимый человек-глист из Чернобыля?

Впрочем, русская тема в фильме все же представлена. Когда герои просматривают досье на потенциальных злодеев, на экране появляется текст и там ясно видно слово «Russia». Закадровый голос русского дубляжа слово это, однако, не произносит. Потому как, произнеси он его, станет решительно непонятно, почему это злодеи балакают меж собой не на великом и могучем, а на чем-то лязгающем и отрывистом. Ну, понятно, в стране нравственно терзающихся педофилов вся Восточная Европа – один большой ад плохо одетых, грубых людей с затравленными глазами, неравнодушных к vodka. А главный злодей еще и педераст!

Но корни-то явно ведут в Россию! Неизвестно, читал ли Крис Картер «Голову профессора Доуэля» Александра Беляева (вполне может быть, он мастер разыскивать в библиотеках всевозможную экзотику, «Секретные материалы», по его словам, он придумал в читальном зале, сидя над подшивкой таблоидов, повествующих о том, как арбузы едят детей), но тема пересаживания голов с одного тела на другое занимает в фильме не последнее место. Опять же, для тех, кто «смотрел сериал в детстве», это, возможно, станет дополнительной приманкой. Нам же, зачитавшим в детстве Беляева до дыр, от этого только смешно.

Фильм всеми порами источает усталость. Бородатый Малдер, рыжая, изрядно похудевшая, с вытянувшимся лицом, Скалли. Бесконечная беготня по снегу за преступниками, которых легко поймал бы за несколько дней любой мало-мальски грамотный оперативник (но в таком случае фильм кончился бы на час раньше!). Ужасы незаконного вырезания органов после первой «Russia» на экране не вызывают ничего, кроме усмешки. И то сказать, кто они такие, чтобы так примитивно нас пугать после «Пилы» и «Хостела»? Всю сюжетную линию с умирающим мальчиком и служебными разборками Скалли легко можно было бы удалить без наркоза. И тогда, возможно, фильм был бы вполне пригоден для просмотра, обернувшись честным, невзыскательным, работящим b-movie: вот тебе двухголовая собака, вот педофил, плачущий кровавыми слезами, а вот злые русские пидорасы, гавкающиеся меж собой на дикой смеси албанского с нижегородским.

И дикий, душераздирающий крик над бесконечным снежным пространством:

- Ма-а-а-лде-е-е-р!

- Ска-а-а-лли-и-и!

Но вместо этого они лишь корчат глупые рожи.