Красноярские медики в годы Великой Отечественной войны

Начало мая, а это значит скоро праздник Победы. Так было 65 лет, и будут еще много поколений. Тех, кому мы обязаны всем, что имеем сейчас, их осталось очень мало. В эти дни о войне будет сказано и написано много, мне же хотелось бы рассказать вам о красноярских врачах, медсестричках в годы Великой отечественной войны, рассказать о том как они воевала, как здесь, в глубоком тылу, спасали раненых и даже в самых жутких и нечеловеческих условиях выполняли клятву Гиппократа.

На этой фотографии хирург Виктор Иванович Гринько просто позирует перед фотографом, он зашел уже в конце операции к своим коллегам. Здесь он веселый и жизнерадостный, впрочем все, кто его помнит, отмечают одну особенность - он не унывал. В 1941 окончил Харьковский мединститут, военно-медицинский факультет и был направлен на Юго-Западный фронт. Попал в первое киевское окружение, потом был плен. В плену он, выполняя клятву Гиппократа, работал врачом. После освобождения это было расценено как измена Родине. Гринько сослали в Норильск. Но он был слишком хорошим хирургом, чтобы гнить в бараках, ему позволили работать. Потом реабилитировали, и он стал заведующим одного из отделений краевой клинической больницы Красноярска.

Именно первая краевая ведет свою историю со времен Великой отечественной. Когда в 1934 был образован Красноярский край, принимается решение построить большую больницу для большого региона. В 1936 году строительство начато и в 1939 открыт первый корпус.

Рассказывает заведующая музеем истории медицины краевой клинической больницы Людмила Мотина: «Окончательно больница открылась в 1940 году, но в 1941 началась Великая отечественная война и 58 сотрудников

этой новой больницы ушли на фронт. На ту пору всего в больнице было 104 сотрудника и больше половины ушли на фронт только в первые дни войны. Потом еще уходили врачи, медсестры, кого призывали, кто добровольцем, и к 9 октября 1941 года больница закрылась, она просто не могла существовать, потому что все ушли на фронт. На двери повесили замок и объявление «Все ушли на фронт».

В первом корпусе краевой больницы (сейчас это легочный корпус) разместили эвакуационный госпиталь. Под госпитали отдавали лучшие здания в городе – школы, техникумы. К лету 1942 в Красноярском крае развернуто 40 эвакогоспиталей, через два года их станет 46, общая вместимость 18 тысяч 600 коек. Но медицинского персонала остро не хватало. Крайздрав вызвал медиков из северных районов, приезжали выпускники медицинских институтов и училищ, проходили курсы по санитарной подготовке. Из доклада Крайздрава: «Краю, для обеспечения очень скромной сети по штату, нужно 1702 врача. Имеется сейчас 702, из них 183 эвакуированных, 79 ссыльных без паспортов».

Любовь Лукинова библиотекарь музея истории медицины краевой клинической больницы: «Раненых было очень много, и, как правило, сюда их привозили уже тяжеленных, потому что на месте, на фронте, оказать им квалифицированную помощь и нормальное лечение было невозможно. По рассказам очевидцев, по несколько суток врачи не выходили их операционных, так же, естественно, работали и медсестры. Это сравнимо с подвигом на фронте. Работали все и наизнос.

Не хватало всех специалистов, но особенно хирургов. Из ссылки в Красноярск переведен Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий. Уже потом счет спасенных им бойцов Красной армии пойдет на сотни, а в начале войны все могло быть по - другому.

«Узнав о начале войны Войно -Ясенецкий дал телеграмму на имя Сталина и благодаря этой телеграмме он остался жив. – рассказывает Любовь Лукинова- Параллельно с его телеграммой, в Москву ушла еще одна , от красноярских чекистов. Поскольку Валентин Феликсович уже дважды был в ссылке в Красноярском крае, в этой телеграмме говорилось о том, что «надоел этот поп, возим его по всей Сибири, расстрелять его что ли?». Это доподлинные слова. Но телеграмма от Сталина пришла мгновенно, как вспоминает внук Войно-Ясенецкого, два первых слова были нецензурные, а потом значилось «нам сейчас нужна не только медицина но и вера, пусть работает».

И он работал, по 4-5 операций в день, как вспоминают коллеги, практически бескровных . А потом пешком, после многочасовых операций добирался до единственного действующего на тот момент в Красноярске храма в Николаевку, проводил службу. Однажды, возвращаясь почти ночью, он упал и повредил ногу, после этого случая ему выделили подводу, и уже никто не чинил ему препятствий днем спасать жизни, а вечером души.
В краевой клинической больнице Красноярска госпиталь специализировался на челюстно-лицевых операциях раненным, и первые пластические операции по реконструктивной пластике лица были сделаны здесь, бойцам Красной армии. Только о красоте тогда речь не шла, молодым бойцам восстанавливали лица, чтобы они могли жить, но, безусловно, этот опыт врачей лег в основу пластической хирургии.

Но медицинская помощь нужна была не только раненным. Среди жителей края в годы войны было много больных малярией, брюшным тифом, дизентерией, чесоткой. Зимой 1943 года перед врачами Красноярского края стояла задача – не допустить развития эпидемии сыпного тифа, который появился из - за педикулеза среди сосланных, и только благодаря чёткой организации работы справиться с тифом удалось к лету 1943 года.

Но это было в тылу, а за тысячи километров красноярские врачи и медсестры тоже делали свое дело. Рива Григорьевна Соломонова – старшая медсестра медсанбата прошла всю войну от Москвы до Берлина. Михаил Моисеевич Ховес, он стоял у истоков хирургии в Красноярском крае, тоже прошел всю войну, работая хирургом. Вениамин Львович Аронов хирург 119 стрелковой дивизии, награжден 11 медалями. Их было много и опытных хирургов и совсем молодых медсестер.

Людмила Мотина: «Хочется вспомнить медсестру Евдокию Семеновну Утенкову. Ее воспоминания-«Как война кончилась, помню. Стояла наша часть на окраине Берлина и вдруг такая стрельба началась, мы, девчонки, перепугались, а оказалось салют, в честь нашей дорогой победы. Война кончилась, и была только дна мысль- война кончилась, а мы живы, а мне всего 21!» Представьте себе эту девочку военных лет, которая прошла войну, натерпелась ужасов, натерпелась страданий, выжила, потом родила детей, их вырастила, работала ночами, дежурила в краевой больнице. Евдокия Семеновна Утенкова верой и правдой служила людям и медицине на фронте, и в нашей больнице. Честь и слава таким людям!».

Приказ Георгия Жукова - «Раненых на поле боя не оставлять!» и они не оставляли. По крайней мере, делали для этого все что могли и даже больше.