Медицина для лечения или излечения?

Вообще, я собиралась написать статью на тему гипердиагностики в связи с психологическими особенностями больного. Про то, что пациенты с истероидным типом личности склонны придумывать себе болезни, идти по врачам и требовать к себе внимания, лечения и так до бесконечности потому, что суть их заболеваний хоть и рядится под соматику, но имеет психогенные корни. Однако Вадим Николаевич Кожевников, приглашенный в качестве консультанта статьи, с истинным профессионализмом психотерапевта повернул тему так, что выглядеть она стала совсем иным образом. Разговор получился не столько про гипердиагностику, сколько про медицину и ее эффективность в целом.

– Вадим Николаевич, расскажите, пожалуйста, о явлении гипердиагностики, почему порой пациентам присваиваются диагнозы, не имеющие под собой реального основания?

– К сожалению, наша медицина может быть в первую очередь охарактеризована как бездоказательная. Наши врачи научены и воспитаны так, чтобы искать болезнь у пациента. Кто ищет, тот всегда найдет! Вот к нам приходит женщина на прием, мы ее осматриваем и находим уплотнение в груди – все ясно, мастопатия! Назначаем секторальную резекцию. А проблема-то всего лишь шейный остеохондроз, с которым, безусловно, нужно поработать, и через месяц проблемы как не бывало. Разумеется, не стоит передергивать – я не ратую за наплевательское отношение к себе и своему здоровью, просто подход должен быть другим.

– А каким образом нужно поработать с остеохондрозом?

– Снять мышечный зажим с помощью массажа и, возможно, мануальной терапии. Поработать с возникшей депрессией из-за слабости деятельности одного из полушарий с помощью психотерапии. Если нарушен потенциал головного мозга при наличии какой-то базисной негативной эмоции, нарушается регуляция функций внутренних органов, желез и организм «идет в разнос». Поэтому проблемы репродуктивной системы у женщин имеет под собой чаще всего основу в виде жизненных проблем в отношениях с мужчиной, отношений в семье. Если пациентка думает, что «я уже не мать» – страдает грудь, если она подсознательно считает себя не женщиной, существом, утратившим сексуальную привлекательность и активность, то страдают яичники и матка. Аналогично и с мужчинами – посмотрите, как активно рекламируются средства от эректильной дисфункции (импотенции), значит, спрос есть. Иными словами, каждая устойчивая негативная эмоция имеет свою адресную прописку – организм сложная саморегулирующаяся система, в нем не бывает чего-то «просто так».

– Выходит, исходя из того, какой диагноз ставит больному официальная медицина, можно сделать вывод об области психологического дискомфорта в жизни человека? Можно понять какая негативная эмоция привела его к врачу и начать лечение с борьбы с этой эмоцией?

– Совершенно верно. Взять хотя бы инфекционные болезни…

– Как? Разве могут инфекционные болезни быть связанными с нашими эмоциями? Простите, перебила Вас, но как связано наличие в организме возбудителей с тем, что происходит у нас в голове?

– Возьмем, например, туберкулез. Это болезнь людей, не любящих жизнь, на все вокруг сердитых. И дело не в том, что палочка Коха попала к нему в легкие, а в том, что организм не смог защититься от нее. В результате она поселилась там. Ведь мы все ходим и дышим одним и тем же воздухом, но кто-то заболевает туберкулезом, гриппом, другими инфекциями, а кто-то нет.

– А вышеупомянутый остеохондроз является проявлением какой эмоции?

– Остеохондроз – это переживания. Особенно он выражен, когда человек испытывает давление на себя. Патогенез остеохондроза, если рассматривать его упрощенно: мышцы рефлекторно зажимаются когда человек втягивает голову в плечи (боится чего-то, находится в подчиненном состоянии), вследствие постоянного зажима ухудшается трофика (питание) мышц, связок, хрящей, теряется гибкость позвоночника, процесс усугубляется нарушением мозгового кровообращения, а уж дальше, как я уже говорил, наступает «разгул» в саморегуляции тела. Куда он повернет – на этом этапе остается только догадываться. Может быть, в онкологию, может, в эндокринные нарушения, мало ли еще куда. А после появления соматики пациент пойдет к врачу, тот назначит ему по сути симптоматическую терапию, борющуюся с конечными проявлениями болезни, а не с ее первопричинами.

– И что же делать в такой ситуации пациентам, ведь самостоятельно разобраться, не будучи специалистом, во всех хитросплетениях патогенетических цепочек невозможно?

– Разумеется, пациенты не должны заниматься самолечением. Разумеется, в идеале, до которого нам еще далеко, больные должны быть обеспечены помощью самых разных врачей. Но ключ к успеху лежит в сознании самого пациента, а уж специалистам нужно правильно направить внутренние силы человека на его излечение. Ситуация поправима, если у пациента сохранены лобные доли мозга, отвечающие за когнитивные (мыслительные) функции, и это верно для любого возраста. Очень важна внутренняя мотивация к излечению. Человек должен ХОТЕТЬ быть здоровым. Почему у онкологических больных такие огромные показатели смертности? Потому что сам по себе рак – это ничто иное, как запущенная организмом реакция самоуничтожения. Чаще всего рак диагностируют у людей, перенесших разочарование в жизни – это факт.

– Как Вы относитесь к религии?

– В принципе, хорошо отношусь. Религия призвана заполнять вакуум у ряда людей, им она просто необходима. Им она как раз помогает хотеть жить, так как формирует цель жизни, формирует стремление к будущему. Человек без будущего – существо ущербное.

– Вы являетесь верующим человеком?

– Истинно верующим. Форма представлений о Боге не имеет значения. Я верю во время и пространство, я верю в Законы Природы. И я верю, что для хорошего, правильного существования нужно быть близким к Законам Природы, тогда будет счастье и благоденствие. Эта простая истина следует из обычной логики – есть причина, будет и следствие. И дело не в надуманных «карах господних» или «кармах» – их можно назвать хоть как, это обычные причинно-следственные связи. Просто для счастья каждому важно понять, «что такое хорошо и что такое плохо».