Следственный комитет удивлен отказом Анатолия Сердюкова от дачи показаний
Представитель СК Маркин заявил, что позиция бывшего министра обороны вызывает удивление - он много чего рассказал следователям, но отказался оформить свои слова как официальные показания свидетеля.
Долгожданный первый допрос бывшего министра обороны закончился фактически ничем - Анатолий Сердюков, приехав на допрос в Следственный комитет (СК) вместе со своим адвокатом Генрихом Падвой, проговорил со следователями 2,5 часа, но при этом официально отказался от дачи показаний, сославшись на 51 статью Конституции. Таким образом, все, что сказал Сердюков - это пояснения, а не показания. Разница существенная: показания могут быть использованы в качестве доказательства в суде, а пояснения - нет. При этом, как сообщил Генрих Падва, Сердюков ответил на все вопросы следователей. И он по-прежнему остается в статусе свидетеля. "Он ответил на все интересующие вопросы, дал подробные, исчерпывающие объяснения", — заявил Генрих Падва, отметив при этом, что Сердюков был допрошен "только в том объеме, в котором он посчитал возможным".
Официальный представитель СК Владмир Маркин сделал заявление по поводу позиции, которую занял по отношению к следствию Анатолий Сердюков: "От дачи показаний бывший министр отказался, сославшись на 51-ю статью Конституции, которая, как известно, дает право не свидетельствовать против себя или близких родственников. Право каждого гражданина избрать свою линию в уголовном деле. Сердюков избрал такой путь. Он, безусловно, законен, но у следствия вызывает, по меньшей мере, недоумение. В данной ситуации позиция бывшего министра обороны следствием может быть расценена как его стремление воспрепятствовать расследованию. Нам необходимо провести массу сложных экспертиз, допросить свидетелей, провести большое количество других необходимых следственных действий. Вполне вероятно, что процессуальный статус Сердюкова в ходе следствия может измениться. Если бывший министр обороны считает, что он не причастен к тем событиям, которые сейчас стали предметом расследования, то вполне логично было бы ответить на конкретные вопросы, интересующие следователей. Но господин Сердюков вместе с адвокатом посчитал, что проще изложить в вольной форме версию событий в выгодном для себя свете, а не отвечать следователям на неудобные вопросы по существу. А ведь у следствия масса вопросов к Сердюкову о том, как принимались решения о реализации недвижимости министерства обороны, почему сделки совершались по определенным ценам".
