Красноярский священник рассказал о чудесах на передовой

Связенник рассказывает, что все время носил с собой иконку Николая Чудотворца. Но своей отправки в зону СВО отец Роман был настоятелем храма в селе Творогово Красноярского края. Там он прослужил полтора года прослужил полтора года, с зимы 2023-го. На СВО пошел, потому что просто не мог иначе — рвался помогать российским военным.

Батюшка был капелланом и командиром санитарного взвода. Перед Рождеством иерей Роман Хамадиев рассказал «КП» — Красноярск» о чудесах на фронте и в тылу, свидетелем которых был он сам.

«Камикадзе» замешкался

Священник и многодетный отец (у него пятеро малышей) из Сибири побывал в самых горячих точках. И за всё время не взял в руки оружие. Оно у батюшки свое – молитва и крест.

— Такие ситуации случались – словами не объяснить. Как-то ехали мы на УАЗике за раненым. И вдруг вражеский дрон-камикадзе. Укрыться некуда – мы на трассе, кругом деревья. Прибавили скорость, он, понятно, не отстает. Пришлось резко зарулить в кусты, так в нас труднее попасть. Водитель выпрыгнул сразу, а я не смог. Дверь оказалась заблокирована ветками. В итоге застрял в машине.

Казалось бы, это конец. Но по какой-то непонятной причине дрон замешкался. Отлетел – развернулся. И пока маневрировал, Пересвет успел сориентироваться. Кое-как открыл дверь, отодвинул ветки и выскочил.

— Счет шел на секунды. Но они спасли мою жизнь. Бог дал мне этот шанс. Любой солдат на передовой может вспомнить сотни таких историй. И после каждой передряги они находят в себе силы идти дальше. Настоящие герои.

Крещение защитило от «Града»

— Сколько раз наблюдал: человек оказался перед лицом смерти. Но выживал! Был жестокий момент – обстрел «Градом». И двое наших не успели забежать в подвал, укрыться.

«Тук-тук», и рядом с ними бьет снаряд. В трех метрах, представляете! Здание неподалеку снесло напрочь – такая мощь. А ребята без бронежилетов, касок, но остались живы. Конечно, их посекло. Но, по идее, должно было разорвать. А они отделались легкими ранениями. Это просто нереально! Потом уже поняли: там была рыхлая земля, снаряд вошел в нее глубоко. Поэтому так всё получилось.

Но главное не в этом. А в том, что одного из этих ребят, офицера, я только покрестил, несколько дней назад. Он просил об этом сам, мы были в тылу, там озеро. И тут же наши самолеты отрабатывали по противнику. Видишь, говорю, какое у тебя крещение необычное, «боевое». А оно вон как повернулось!

Да, эти ситуации можно считать совпадениями, но… Совпадения заканчиваются, когда перестаешь молиться. Все в руках Божьих.

Спасение под обстрелом

А у села Водяное гибель грозила ему самому. Но что-то ее отвело.

— До этого я был только в одном бою, совсем неопытный. А тут наши пошли в наступление. И куда без медиков? Идем, но противник «обкладывает» нас по полной программе. Огонь корректирует беспилотник. Вдруг слышим, выход миномета. Я запрыгнул в окопчик, а мой товарищ, Георгий, в воронку. И между нами падает мина! Меня засыпало землей – контузило. Потерял слух, отключился.

Открываю глаза — в ушах пищит. Чуть пришел в себя, хватился: а где Георгий? Смотрю, он кричит, нога в крови. Порвало мышцы, хорошо, артерию не задело. Затащил его к себе, перетянул ногу жгутом.

Замкомвзвода говорит: тащи его к точке эвакуации. А как? Вся дорога простреливается. Одному бегом можно проскочить, а вместе с раненым… Ужас. Самое тяжелое было – преодолеть 500 метров до поворота. Нас легко могли достать из пулемета.

Как мне дались эти 500 метров? Я криком молился: «Господи, спаси нас, прошу тебя!». Григорий тоже, чуть ли не со слезами. И… Господь нам помог.

Там еще был момент: потом по дороге мы заползли в окоп, надо было перевести дух. В нем были трехсотые (раненые). И тут по окопу давай бить танк. Мы еле успели убраться. Я только выбрался, последним, как туда ударил снаряд…

Выжил, потому что споткнулся

А однажды батюшка чуть не попал в плен. Меж тем он еще дома дал себе зарок: если что, живым не дамся!

— Но весной прошлого года угодил в окружение. Это было во время контрнаступления вээсушников. Они выбили один наш батальон, фланг оголился. Нас взяли в полукольцо. Положение непростое: кто-то из ребят закопал в землю свои медали, телефоны, чтобы врагу не достались. А для меня самым невыносимым оказалось мысленно прощаться с родными.

Вечером жесткий накат – много наших полегло, мы их вытаскивали. Отбили накат в ближнем бою. Врагов тоже положили немало.

А часа в четыре утра появляется танк. Стал обстреливать наши позиции. По тому месту, где я находился, бил едва ли не прямой наводкой. Меня контузило, подпалило лицо, плечо загорелось на бушлате. Слава Богу, пришел в себя – потушился.

Очнулся, метрах в двадцати — БМП противника, и наверху пулемет. Заметили, смотрят в упор. Какой был выбор? Или сдаться, или бежать к своим, а до них метров 100. Причем у меня ни оружия, ни гранаты, всё в окопе засыпало.

… Сдаваться не вариант. И священник рванул: будь что будет! Огонь по нему открыли тут же. Ну, какие шансы уцелеть? А дальше произошло невероятное: отец Роман споткнулся и… рухнул в воронку. Замер, не шевелился. Убит, решили враги, поехали было дальше. Но его как подбросило – снова кинулся бежать. И снова стал живой мишенью. Однако пули его не брали, ни одна. Вот что значит – Бог уберег.

Бегом по минному полю

— В другой раз было такое: один из наших ребят возвращался с позиций. И вдруг начался обстрел. Так вышло, что побежал он по минному полю. Оно большое, несколько километров. Проход там есть, обозначен красным скотчем. Но у нас на том поле подорвались несколько человек: один «двухсотый» был точно, остальные «трехсотые». И все потому, что чуть-чуть отклонились от тропинки.

А этот парень бежал по минному полю. И не наступил при этом ни на одну мину! Рядом деревня. Сейчас ее уже нет – стерли с лица Земли. Забежал в дом, чтобы укрыться. И первое, что бросилось ему в глаза – икона Николая Чудотворца. Увидев ее, упал на колени, стал молиться. Позже мне признался: он и до этого очень почитал Святителя. И тот ему помог – спас от неминуемой гибели.

Сам я тоже был очевидцем: в селе Владимировка после атаки ВСУ пострадал храм. Ничего в нем не осталось, купол выгорел весь. Уцелел только крест, чудом держался на каркасе.

А в Отрадовке среди руин я нашел запрестольный крест. Откуда он там взялся? Необъяснимо. Прошел с ним крестным ходом. А после отвез в тыл – отдал в храм. Чтобы сохранился. Ведь это символ православия, победы жизни над смертью!

Человек пожертвовал на храм

… Батюшка Пересвет вернулся с фронта летом 2024 года. Был награжден медалями «За спасение погибавших» и Георгия Жукова, а также особыми знаками Красноярской епархии.

— У меня один приход в Творогово, там храм построили благотворители. И есть еще второй, в селе Устюг. Здесь храм в честь Святителя Николая Чудотворца. На его постройку собирали всем миром: прихожане, меценаты. А пока я служил в старинном, еще дореволюционном здании. Но тут в нем обрушился потолок. Служить невозможно! А храм еще не сдан, нет денег на отделку.

Оперативно сброситься прихожане не смогли. И вдруг звонок из другого города. Женский голос: «Я хочу помочь храму!». Оказалось, сама она из Устюга, но давно переехала. Узнала о нашей проблеме, и что-то внутри дрогнуло. Человек пожертвовал на храм. И вот благодаря ей, этой женщине, через несколько недель он открылся. Это ли не чудо?

Отец Роман:

Впереди Новый год, Рождество. Поздравляю читателей «Комсомолки» с праздниками! Желаю всем, чтобы скорее наступил мир, пришла наша Победа. Чтобы наши ребята вернулись домой к своим семьям живыми и здоровыми — с Божьим благословением и Божьей помощью! Это самое главное.