Андрей Звягинцев: «Я по-прежнему оптимист»
В Красноярске прошел творческий вечер российского режиссера Андрея Звягинцева
Режиссер посетит четыре сибирских города — Абакан, Братск, Иркутск и Красноярск.
С красноярскими зрителями Андрей Петрович общался больше двух часов. Творческая встреча была, без преувеличения, яркой, насыщенной, как от задаваемых из зала вопросов, так и от откровенных, глубоких ответов мастера.
Андрей Звягинцев снимает кино 15 лет. Творческую деятельность начал в 2000 году. Как сам признается, «за эти 15 лет снято немного, но сил потрачено немало». Говорит, что на свою деятельность не смотрит как на карьеру: «Это моя работа, моя судьба. В другой роли себя не представляю».
Звягинцев родился в Новосибирске. Один из первых зрительских вопросов был: «Где столица Сибири: в Новосибирске или в Красноярск?»
«По-моему, здесь не может быть никаких разночтений. В Красноярске, конечно», - сказал режиссер.
На встрече с красноярскими зрителями кинематографист признался, что для него «работа с прессой после окончания фильма - продолжительная и мучительная деятельность. Не люблю вопросы «Что за тема Вашего фильма?», «О чем картина?». Я настолько переживаю материал, настолько он внутри, что очень трудно это ощущение переложить на слова. В основном опираешься на иррациональное».
Большая часть обсуждений во время встречи, конечно же, была посвящена фильму «Левиафан». По признанию самого автора, для него после выхода картины на широкий экран ничего не изменилось. «Я по-прежнему, как мне кажется, оптимист. У меня существует трагическое видение происходящего, такова моя призма, взгляд на реальность. Не могу от него избавиться».
Андрей Звягинцев уточнил, что сегодня в России практически нет культуры хождения в кинотеатр.
Режиссера авторского кино спрашивали про фильм «Елена», премьера которого состоялась на Каннском кинофестивале в 2011 году.
«То, что совершает Елена, делает не думая, - говорит режиссер, отвечая на вопрос о нравственном поведении героини. - Она не оценила происходящее, выбрала себя, свою кровь, свое продолжение. Мы задумали картину в 2008 году. Сюжет сложился из наблюдений.
В фильме показан отрезок времени, когда практически все обрушилось, как будто кто-то смахнул рукой крошки со стола. В это время в мире главными были деньги. Когда другой человек может стать средством, происходит именно то, что показано в «Елене». В этом контексте вопрос нравственности приобретает другие свойства. Елена потеряла свою целостность, дала трещину. Она - трагическая фигура».
Режиссер признался, что давно избегает риторики «положительный персонаж» - «отрицательный персонаж».
«Например, Лилия из «Левиафана». Она находится в поиске себя. Она не на месте, не здесь. Это тоже трагическая фигура. Авторы фильмов предлагают наблюдать за персонажем. Они - наше отражение и к ним нужно относиться сочувственно», - говорит Андрей Звягинцев.
Еще раз про «Левиафана»
Из зала звучали как глубокие вопросы, касающиеся смысла и героев фильма «Левиафан», так и провокационные. На все режиссер отвечал откровенно.
Он рассказал, что производственный бюджет «Левиафана» — 220 млн рублей.
«Кассовыми сборами картины не интересуюсь», - отметил он, но сообщил, что картина собрала небывалое количество зрителей во Франции и США и была продана в 50 стран мира.
Из 220 млн рублей, потраченные на создание «Левиафана», - 40 млн — поддержка государства, все остальные деньги — частные инвестиции
«Мне нравится все кино, но делаю я свое собственное», - признался режиссер, отвечая на вопрос, какие фильмы предпочитаете смотреть. «Мир Юрского периода» не видел. Восхищаюсь Джексоном, который сделал Кинг-Конга».
«Среди отечественный режиссеров с уважением отношусь к Сергею Лознице, особенно к его фильмам «В тумане», «Счастье мое», к Алексею Мизгиреву, Василию Сигареву. Из зарубежных рекомендую смотреть Кристофера Нолана и его «Интерстеллар».
На вопрос «Завидуете ли Вы кому-нибудь из современных режиссеров?» ответил, что «Зависть — подлое чувство. С ним надо бороться».
Андрей Звягинцев считает, что быть человеком — это быть верным себе, своему видению, своим взглядам, своему замыслу. «Быть бесстрашным в этом. В любом случае человек либо становится зерном истории, либо осуществляет какое-то сопротивление, стоицизм, требовательность к себе. Мне нравятся слова, которые я стараюсь помнить и им соответствовать, хотя это невероятно трудно: «Когда видишь перед собой страх, надень очки личности, и страх отступит».
По признанию мастера, он склонен к пафосу и, как отметил сам, просит за это прощение.
Невероятно трудно снимать как начало, так и конец фильмов, говорит Звягинцев о своей работе в кино: «Финал как и начало — самое трудное место. В случае с «Левиафаном было так: Николай садится на трактор и едет в город, на центральной площади он въезжает в здание городской администрации. Таким финал фильма был долго. Но мы пришли, как я называю, к откровению: Николай должен сойти в яму, в те 15 лет, которые ему объявляют в суде. Русский человек невероятно терпелив и смиренен. Мне показалось, что это в картине нужно выразить точнее. Модель «хэппи-энда», история Марвина Джона Химейера (прототип главного героя «Левиафана» - примеч. Sibnovosti.ru) давала бы фальшивое утешение и фальшивую надежду».
В конце творческого вечера режиссер признался, что никак не ожидал такого непонимания пр отношению к себе, как произошло после выхода на экраны «Левиафана».
«Самая главная ценность — это человеческая жизнь. Мне казалось фильм об этом. И вдруг такое неприятие! Считаю и уверен, что такие беседы как наша, интервью в прессе — это как раз преодоление неприятия со стороны зрителя».
