Дмитрий Негреев: «За что стоит не любить защитников окружающей среды»
Катастрофа происходит тогда, когда зашоренные фанатики западных NGO приходят в развивающиеся страны.
Редактор ИА ПолитСибРу Дмитрий Негреев поделился с читателями своим отношением к защитникам окружающей среды. Предлагаем познакомиться с публикацией.
«С недавних пор я очень внимательно отношусь к экологическим митингам в провинции. Во-первых, потому что это самое массовое протестное движение в регионах. Количество людей, выходящих на улицы, нередко в процентом отношении к населению города превышает количество людей, вышедших на Болотную. Во-вторых, потому что фобии, в которых прорывается отношение подданных к власти (и люди, которые используют эти фобии в своих целях) – весьма интересны», - написала недавно в «Ежедневном журнале» известная российская журналистка Юлия Латынина.
«Скажу сразу честно: я плохо отношусь к environmentalists (защитники окружающее среды. – ПолитСибРу.), особенно на Западе. Энвиронментализм в сытом благополучном западном обществе превратился в новое издание коммунизма, исправленное и дополненное. Раньше эти гады Отбирали Прибавочную Стоимость, а теперь – Засоряют Атмосферу, - продолжает Латынина. - Как и марксизм, энвиронментализм базируется на реально существующих проблемах, но раздувает их все всяких пропорций. Он поощряет самые мерзкие фобии человечества, начиная со страха нового. При этом при нынешнем популяционном давлении человечество не способно существовать без технологии. Оно не способно прокормить себя без удобрений, тракторов и генномодифицированных продуктов.
Катастрофа происходит тогда, когда зашоренные фанатики западных NGO приходят в развивающиеся страны. Хороший пример – история индийской АЭС Куданкулам, запуск которой был отложен едва ли не на несколько лет из-за массовых протестов. В феврале этого года премьер-министр Индии Манмохан Сингх даже обвинил западные НКО во вмешательстве во внутренние дела страны, и был совершенно прав.
Не в том, разумеется, смысле, как наши власти, когда они объясняют, что, мол, митинги на Болотной организуются на деньги Госдепа, а в том, что благонамеренные идиоты с Запада, из рода тех, кто в голодающей Африке проповедует вегетарианство, используя массовые фобии, срывают энергетическое перевооружение Индии, в которой до сих пор потребление электроэнергии в несколько раз меньше, чем на Западе».
Нам в Алтайском крае тоже есть что вспомнить и сказать на этот счет. В конце 1980-х годов под давлением экологов было остановлено строительство каскада ГЭС на Катуни. Это привело к тому, что Республика Алтай как не имела, так и не имеет собственных источников генерации и получает электроэнергию по ЛЭП из энергодефицитного Алтайского края.
В 2000-х годах экологи активно выступали против строительства газопровода и автодороги в Китай через 54-километровый участок российско-китайской границы, проходящий в районе плоскогорья Укок в Республике Алтай. Ни дорога, ни газопровод до сих пор не строятся. Приписывать «заслугу» этого одним экологам несправедливо, но их активные выступления остаются фактом.
Если, протестуя против строительства ГЭС в далеких 80-х, местные экологи, скорее всего, исходили из собственных соображений и подкрепляли свои действия собственными же научными изысканиями, то в случае с газопроводом «Алтай» все может обстоять совсем иначе. 20 июля прошлого года представитель Greenpeace Тобиас Мюнхмайер в интервью Deutsche Welle высказался против строительства в России «восточных» газопроводов, особо выделив экспортный газопровод в Китай через Алтайский край и Республику Алтай. Сайт Алтайского краевого общественного фонда «Алтай – 21 век» сообщает об активной борьбе Гринпис, Всемирного Фонда Дикой Природы (WWF) и Центра охраны дикой природы против строительства газопровода.
Суть этих «природоохранных игр», имеющих серьезные геополитические последствия, в 2006 году описывала горно-алтайская газета «Постскриптум». Она утверждала, что проекты, реализуемые международными природоохранными фондами, могут быть использованы спецслужбами иностранных государств в ущерб интересам России, а в перспективе будут одним из основных препятствий в выполнении Стратегии развития Сибири. «С начала 90-х годов под флагом международных природоохранных фондов велась работа по постепенному тотальному закрытию наших границ с Казахстаном, Монголией и особенно с Китаем путем создания сети особо охраняемых природных территорий, - писал «Постскриптум». - Новоявленные «любители природы» пользовались тем, что население Горного Алтая всегда относилось очень благосклонно к сохранению природы. Почему фонды стремились к тому, чтобы создавать заповедники? Почему они настаивали на передаче значительной части наших земель под эгиду ЮНЕСКО? По закону заповедники - это территории, где запрещена всякая хозяйственная деятельность; это, кроме того, территории, где нельзя находиться даже местному населению. Зарубежные «друзья природы» дают деньги только на организацию особо охраняемых природных территорий, а после этого все расходы ложатся дополнительным бременем на российский бюджет. С участием иностранцев из социально-экономического оборота в России выводится огромная территория, которую мы охраняем сами от себя».
Когда в Республике Алтай обсуждался вопрос создания природного парка непосредственно на границе с Китаем, экологическую общественность разочаровали его незначительные размеры – 19 тыс. га. Среди разочарованных были и представители руководимого Алексеем Грибковым Геблеровского экологического общества из Алтайского края. Как и многие другие экологи, эта организация также не чурается западных грантов. Среди грантодателей – и Институт устойчивых сообществ (штат Вермонт, США), и Агентство США по международному развитию (через Сибирский центр поддержки общественных инициатив), и Тихоокеанский центр защиты окружающей среды и природных ресурсов (США). Деньги во всех случаях даются на благие цели: очистка малых рек от затонувшей древесины молевого сплава, формирование добровольной мобильной противопожарной группы, ну или, на худой конец, институциональное развитие.
Но почему-то часто случается, что организации, получающие эти деньги, начинают вставлять палки в колеса реализации серьезных экономических проектов, способных не только поправить дела в таких небогатых регионах как Алтайский край и Республика Алтай, но и решить важные проблемы (например, экспорт российского газа в Китай) в масштабе страны.
