«Танцуя, идти по жизни вдвойне легче». Интервью с хореографом-постановщиком Ириной Сатюковой
Каково это — начать гастрольную деятельность ещё в детском саду? Почему порой просто необходимо прогуливать пары и как вывести жанр мюзикла на принципиально новый уровень? Ответы на эти вопросы — в нашем материале
С 27 августа по 6 сентября в Омске пройдёт первая в Сибири «Мастерская мюзикла». Художественным руководителем проекта стала режиссёр Дарья Борисова, а музыкальное направление возглавила вокальный педагог, дирижёр и музыкальный продюсер Екатерина Гусар. Мюзикл — жанр синтетический, поэтому его артистам необходимо на высшем уровне владеть не только актёрским мастерством и вокалом, но и хореографией. В качестве одного из наставников «Мастерской» пригласили Ирину Сатюкову — хореографа-постановщика и актрису музыкального театра. Корреспондент «Омск Здесь» пообщалась с Ириной Сатюковой и узнала, какая именно постановка открыла для неё двери в «нелёгкий лёгкий жанр» и почему танец помогает проживать жизнь на максимум.
— Ирина, вы выступаете наставником в «Мастерской мюзикла». А кто в своё время стал таким проводником в этот мир для вас?
— Не могу сказать, что это был конкретный человек. Моим проводником стал не наставник, а мюзикл, который я однажды увидела. Когда я училась в седьмом классе, у нас дома появился первый большой компьютер. На одной из платформ я наткнулась на французскую постановку «Ромео и Джульетты» — и это была любовь с первого взгляда! Меня до глубины души поразил этот невероятный синтез хореографии, вокала и потрясающей музыки. Я ощутила мощный внутренний порыв и чётко осознала, чем хочу заниматься в жизни. Я пересматривала эту запись буквально каждый день, а позже стала искать и другие киноверсии. Но именно французские «Ромео и Джульетта» до сих пор остаются для меня эталоном, заложенным ещё в детстве, — мюзиклом, который первым коснулся моей души.
— Как и когда в вашей жизни появились танцы? Думали ли вы тогда, что хореография перерастёт в профессию?
— Мама часто вспоминает историю, как на одном из выездных утренников в детском саду к ней подошёл пожилой, очень известный в нашей республике и в самом Петрозаводске профессор. Он настоятельно порекомендовал: «Вы обязательно должны отдать девочку на танцы». Мама прислушалась к совету, и уже в пять лет я пришла в танцевальный коллектив «Созвездие». Впрочем, я и в самом садике танцевала очень много, мы постоянно ездили на различные конкурсы. Помню, как это было волнительно: пока все остальные дети ложились спать в тихий час, меня и ещё двух девочек преподаватель забирал на выступления в другие детские сады. Возвращались мы оттуда жутко довольные, гордые собой и с подарками. Мама говорит, что с того момента всё стало окончательно ясно — буквально с первых шагов, как только я встала на ноги и начала танцевать.
— Ваш путь в профессию начался с Карельского колледжа культуры и искусств, а затем продолжился в Санкт-Петербургском государственном университете культуры и искусств. Что вдохновило вас связать свою жизнь именно с жанром мюзикла, а не, скажем, с классическим балетом?
— Примерно в пять лет я впервые увидела балет «Щелкунчик» и тогда же спросила: «Мама, почему я сижу в зрительном зале, а не стою на сцене?» Балет поразил меня своим величием, высочайшим профессионализмом, восхитительными костюмами и светом — словом, настоящей магией на сцене. Позже, когда я училась в школе искусств, к нам приезжали педагоги из Пермского хореографического училища, чтобы отобрать девочек для профессиональной подготовки. Мы с родителями даже обсуждали мою возможную поездку, хотя они, конечно, очень не хотели меня отпускать. По итогам отбора мне сказали: «Вы можете попробовать ещё раз и приехать в Пермь самостоятельно». Но уже тогда я осознавала, что для классического балета мне объективно не хватает природных данных: не было достаточного роста, длинных ног и высокого подъёма стопы. Это сейчас я понимаю, что перед балетной школой стоило какое-то время походить на художественную гимнастику.
Я всегда трезво оценивала свои шансы и видела, что классика — не самая сильная моя сторона, поэтому на лидерские позиции я там не претендовала. Постепенно я отказалась от этой идеи, хотя классическая база у меня всё равно была достаточно сильной, а без неё в нашей профессии никуда.
Позже я успешно прошла отбор сразу в два вуза — Московский и Санкт-Петербургский университеты культуры и искусств. Выбирать было трудно: в МГУКИ давали мощную современную базу, а Петербург предлагал абсолютно академический, классический подход. В итоге я выбрала Питер — пошла туда, где мне было сложнее. Дело в том, что моё тело очень пластично, оно моментально схватывает джаз и модерн. А вот классический танец, несмотря на годы тренировок, давался тяжело именно из-за физических данных. И вот, как я уже говорила, в седьмом классе открыла для себя мюзикл и поняла: это моё! Отлично помню момент, когда я приехала из Санкт-Петербурга в Москву и увидела афишу мюзикла «Чикаго» (18+). С того самого дня я начала отчаянно об этом мечтать.
— Какие мюзиклы по хореографической стилистике вам близки? Или какие работы в этом жанре вас особенно вдохновляют?
— Из последнего, что меня по-настоящему впечатлило, — фильм-мюзикл «Злая» (12+). Работа всей команды просто потрясающая! То, как там снята хореография и общая пластика, — настоящий шедевр. Считаю, что ничего подобного прежде не создавалось. Это действительно технологический и творческий прорыв, ведь обычно танцевальные номера снимают либо фрагментами, либо общим планом, используя стандартные, привычные ракурсы. Здесь же авторы пошли принципиально новым путём. Мне было бы безумно интересно заглянуть за кулисы и узнать, как всё это придумывалось и воплощалось на съёмочной площадке.
Кроме того, я очень люблю «Вестсайдскую историю» и французскую версию «Ромео и Джульетты». Сюда же могу отнести мюзикл «Гамильтон» — абсолютного «первопроходца» в своём стиле. И, конечно, мне очень близки классические постановки, такие как «Красавица и Чудовище» или «Золушка».
— Вы работали дублёром Сары в балетных сценах мюзикла «Бал вампиров» (18+) сразу в трёх городах: Санкт-Петербурге, Москве и Штутгарте. Расскажите об этом опыте.
— Тот отбор стал для меня судьбоносным, я помню его в мельчайших деталях до сих пор. В то время я училась на первом курсе, и мне категорически не нравились ни сама учёба, ни город. К тому же я жила в общежитии, что для домашнего ребёнка всегда огромный стресс. В общем, я дала себе ровно полгода: решила, что если ничего не изменится, просто уеду домой. И вдруг я увидела объявление о наборе в мюзикл «Бал вампиров». Помню, как активно агитировала однокурсников пойти со мной, но никто не захотел прогуливать пары. В итоге я отправилась туда в одиночку. Народу пришло невероятно много. Это был сложнейший трёхэтапный кастинг — пожалуй, один из самых трудных в моей жизни. И только в процессе я узнала, что прохожу отбор на роль балетного дублёра главной героини.
Позже коллеги в шутку прозвали меня Сарой всея Руси. Когда я только пришла в проект, мне было 20 лет, а исполняла эту партию вплоть до 35. Поверьте, танцевать в «Бале вампиров» до такого возраста — это серьёзное достижение. Спектакль требовал колоссальной выносливости, как физической, так и психологической. В номерах присутствовало много сложных акробатических элементов. Поскольку в детстве я не занималась художественной гимнастикой, осваивать их было непросто. Но этот проект действительно изменил мою жизнь: на нём я выросла и как артистка, и как личность. Это определённо была судьба, ведь именно та постановка подарила мне людей, с которыми мы близко дружим уже 17 лет.
— Вы уже работали с труппой Омского государственного музыкального театра во время постановки мюзикла «Опасные связи» (18+). В чём особенность хореографии в этом спектакле и как с ней справились артисты?
— «Опасные связи» — это моё любимое, выстраданное детище, которым я бесконечно горжусь. Тот постановочный период совпал для меня с очень непростым жизненным этапом. Я прилетела в Омск и из-за непредвиденных обстоятельств со здоровьем сразу же попала в больницу, где провела чуть больше двух недель. В итоге этот проект я сочиняла не столько телом и физикой, сколько головой и сердцем. Когда ты прикован к постели, то совершенно иначе смотришь на многие вещи и глубже выстраиваешь логические цепочки.
Я считаю «Опасные связи» одним из самых танцевальных мюзиклов. Артисты омской труппы, которых я нежно люблю, справились с задачей безукоризненно. Огромное спасибо главному балетмейстеру Надежде Калининой — благодаря её труду ребята находятся в великолепной профессиональной форме и потрясающе, очень ответственно относятся к своему делу. Мне кажется, тогда мы сразу поймали общую волну. Удалось увлечь труппу, и они искренне проживали этот проект вместе со мной. Эта постановка стала для меня знаковой: в ней я позволила себе выйти за рамки привычных пластических сцен, характерных для мюзиклов. Я сделала шаг вперёд, создав очень глубокие, сложные хореографические номера, и воплотить это в жизнь мне помогла именно команда Омского музыкального театра.
— В Омске пройдёт первая в Сибири «Мастерская мюзикла». Почему подобные интенсивы важны для развития жанра?
— Точкой отсчёта для мюзикла принято считать 1943 год, когда на Бродвее состоялась премьера легендарной постановки «Оклахома!». С тех пор прошло более 80 лет. В нашей же стране этот жанр укоренился сравнительно недавно, а мощный импульс его развитию дала в своё время театральная компания Глеба Матвейчука.
Сегодня нам критически важно продолжать популяризировать мюзикл и выводить его на принципиально новый уровень профессионализма — именно для этого и нужны такие проекты, как «Мастерская мюзикла». На Западе артистов целенаправленно обучают этому синтетическому искусству с самого детства, а для нас такая системная подготовка всё ещё в новинку. Мы пока не достигли своего пика. Например, если в классическом балете мы признанные мировые лидеры, то в жанре мюзикла нам ещё расти и расти. И для этого качественного скачка должны непрерывно развиваться и артисты, и сами постановочные команды.
— Есть ли у вас главный принцип, которым вы руководствуетесь при работе над мюзиклами?
— Я бы выделила три ключевых кита: качественная музыка, сильная команда постановщиков и по-настоящему классный подбор артистов, которые искренне горят общим делом. Когда эти три составляющие сходятся, рождается великолепный спектакль. Мюзикл — сложнейший синтетический жанр. Здесь нужно на высоком профессиональном уровне одновременно петь, двигаться и демонстрировать мощную актёрскую игру. Артисты мюзиклов — это люди, наделённые колоссальным талантом, огромным трудолюбием и богатым жизненным опытом, который необходим, чтобы честно прожить историю на сцене. Это невероятно трудно, но безумно интересно.
— Хореограф — это просто профессия или всё-таки стиль жизни? И почему идти по жизни с танцем легче?
— Танец — это игра нашего тела. А уметь играть — значит оставаться в душе ребёнком. Быть им — значит смотреть на мир распахнутыми глазами и относиться к жизни с открытым, чистым сердцем. Именно поэтому, когда ты танцуешь, идти по жизни становится вдвойне легче.
Фото: Илья Петров, Светлана Карпова
