«Слушайте, впитывайте и перенимайте этот опыт». Наталия Быстрова о «творческом безумии» мюзикла

В Омском государственном музыкальном театре продолжается проект «Мастерская мюзикла». Под руководством ведущих экспертов 19 артистов погружаются в тонкости жанра и готовятся к гала-концерту «Мюзикл: Перезагрузка» (12+), который состоится уже 6 сентября. Программа включает интенсивные мастер-классы и творческие встречи. Гостем одной из них стала известная актриса мюзиклов, кино и озвучивания Наталия Быстрова — лауреат премии «Музыкальное сердце театра» и номинант на «Золотую маску».

Мы тоже пообщались с актрисой и узнали, почему новичкам на сцене проще удивлять зрителя, отчего Ариэль — далеко не самая лёгкая роль и какая именно постановка навсегда влюбила Наталию в этот жанр.

— Наталия, мы уже несколько дней наблюдаем, как артисты омских театров усердно работают над вокалом, хореографией, сценическим искусством. Как вы считаете, можно ли за 11 дней стать лучшей версией себя в профессиональном отношении?

— Конечно! Этому способствует любая репетиция и любое новое знание. Вообще, мне кажется, ваши артисты — настоящие счастливчики. Чтобы окунуться в мюзикл и ощутить творческое безумие этого жанра, им не нужно ехать в Москву или Санкт-Петербург — специалисты сами приехали к ним в Омск. В стенах родного театра актёры могут приобщиться к новым экспериментам. А познание чего-то неизведанного всегда возвращает в студенчество — в хорошем смысле слова. Появляется ощущение, что ты снова в начале пути, а впереди ещё столько интересного и прекрасного. Это очень здорово!»

— Вашим первым крупным проектом стал мюзикл Mamma Mia!. Помните, как проходил кастинг?

— Я тогда только окончила театральный институт в Екатеринбурге и проходила все этапы отбора на общих основаниях. Процесс растянулся почти на год. Ты приходишь на первый тур, а следующего ждёшь два-три месяца. Прошёл — тебе позвонят, нет — твой путь на этом окончен. В то время я работала на телевидении. Идти на службу в государственные театры откровенно боялась, хотя предложений хватало — и в родном Екатеринбурге, и в других регионах. Мне не хотелось никого обнадёживать: разумом и сердцем я уже была в Москве. Было бы нечестно занимать чьё-то место — того, кто действительно мечтал работать именно в этих театрах. С другой стороны, этот год ожидания дался тяжело. На роли в Mamma Mia! отсматривали ребят со всей страны и даже из ближнего зарубежья. Но если говорить именно о прослушиваниях, то для меня тот кастинг оказался самым лёгким, потому что я была абсолютно свободна от ожиданий. Я не думала о мишуре, которая всегда сопровождает большие проекты: бесконечные интервью, пресса, фотосессии, клипы и телепередачи. Для меня существовала только работа над спектаклем: разминка, распевка, репетиция, служебный вход. Я даже не задумывалась о том, что, пока мы занимаемся в репетиционном зале в трико, на улице уже расстилают красную дорожку, по которой идут главные звёзды страны. Когда тебя никто не знает, удивлять гораздо проще. А вот когда за плечами уже большой опыт, множество проектов и ролей, к тебе присматриваются гораздо пристальнее. Как говорят в нашей профессиональной среде — начинают искать блох: «Ну давай, удиви нас!"

— В «Мастерской мюзикла» как раз готовится номер из Mamma Mia!. Что это будет за постановка и принимаете ли вы участие в репетициях?

— Судя по тому, что сегодня в репетиционный зал несли огромные сумки с ластами, могу предположить, что это номер, который в русской версии называется «Просто любовь мне дай». В нём парни танцуют эффектную чечётку прямо в ластах.

— Участники «Мастерской» также готовят номер из «Русалочки». Какое место в вашем сердце занимает эта роль?

— Образ Ариэль для меня особенный, и с ним связаны очень тёплые личные воспоминания: именно в тот период, когда я играла Русалочку, я забеременела. При этом роль наглядно доказывает, что играть характерных персонажей порой гораздо проще. Авторы всегда наделяют их яркими чертами: это может быть шепелявость, хромота, необычная пластика или забавный внешний вид. На таких героях держится весь юмор спектакля, и они мгновенно становятся любимчиками публики. С главными же персонажами всё иначе. Это колоссальный труд: они не могут кривляться, у них нет явных внешних зацепок вроде бородавки на носу. Они ведут за собой сюжет, транслируют смыслы и рассказывают саму историю. По сути, в твоём арсенале остаются только природные данные, фактура и голос. И с этим минимумом инструментов нужно быть предельно искренней. Нельзя просто имитировать доброту, наивно хлопая ресницами, — зритель сразу почувствует фальшь. Нужно быть включённой энергетически, а это требует огромных сил. Кроме того, «Русалочка» была сложна физически: я работала практически без пауз. Даже когда у меня не было реплик, меня за кулисами то и дело пристёгивали к полётным поясам и поднимали под потолок, чтобы имитировать на сцене плавные движения в толще воды.

— «Мастерская мюзикла» — первый подобный проект в Сибири. Насколько важно проводить такие интенсивы в регионах?

— Мне кажется, это потрясающая инициатива! Когда я оканчивала институт, то чётко понимала: хочу заниматься именно мюзиклами, а не классическим музыкальным театром. Но в то время в России мало кто вообще понимал, что это за жанр. Своё первое эмоциональное потрясение я испытала, когда педагог по вокалу привёз из гастролей во Франции DVD-диск с французской версией «Ромео и Джульетты». Меня буквально вжало в стул. Я влюбилась в этот жанр раз и навсегда. На экране были молодые, красивые ребята в стильных кожаных костюмах — никакой одежды, поеденной молью. Они пели как классные эстрадные исполнители, играли на уровне драматических актёров и танцевали не хуже профессиональных танцоров. Я загорелась идеей работать именно в таком театре. В те годы мы и мечтать не могли о подобных интенсивах — у нас просто не было информации. Всё изменилось, когда в Москве открылось подразделение голландской компании Stage Entertainment. В Россию начали приезжать бродвейские режиссёры, дирижёры, музыкальные руководители и хореографы. Они привезли с собой уникальные технологии работы для всех: гримеров, костюмеров, осветителей, звукорежиссёров и даже пиарщиков. Я 18 лет была ведущей актрисой этой компании, работала с оскароносными композиторами и режиссёрами. И сегодня все мы, кто прошёл эту колоссальную школу, берём на себя миссию наставников — идём в региональные театры и передаём накопленные знания. Поэтому проект в Омске — это невероятно круто. Сюда приезжают эксперты, которые переняли мастерство из первоисточников и теперь делятся опытом с местными артистами. Ребятам даже ехать никуда не нужно! Мы сами приехали к вам и говорим: «Слушайте, впитывайте и перенимайте этот опыт».

— 6 сентября в Омском музыкальном театре состоится гала-концерт, где участники и наставники «Мастерской мюзикла» покажут всё, над чем работали 11 дней. Почему зрителям точно не стоит пропускать это событие?

— Мюзикл — это всегда феерия и праздник. Каким бы ни был сюжет, даже если в его основе лежит трагедия, этот жанр всегда оставляет музыку в сердце, дарит свет и воспевает торжество любви. Уверена, финальный концерт станет ярким событием в культурной жизни Омска. Сегодня мюзикл стремительно завоёвывает российскую публику. На Бродвее жанру понадобилось полвека, чтобы стать своим, а у нас в стране этот путь занял гораздо меньше времени. Доходит до того, что сейчас региональные театры спешат назвать мюзиклом любой драматический спектакль, где есть хотя бы пара музыкальных номеров. И мне, как человеку, который искренне горит своей профессией, очень отрадно видеть, что жанр, который я так горячо люблю, находит столь мощный отклик в сердцах зрителей.

Фото: Илья Петров, Елизавета Медведева