Эксперт из КНР: Необходимо расширить границы стран-участниц и принять как можно больше государств в БРИКС

Профессор Жинаньского университета (КНР), постоянный участник Международной научно-образовательной программы «Школа БРИКС» Ву Фей в интервью TV BRICS https://tvbrics.com/tv-shows/bricstervyu/show/vu-fey-neobkhodimo-rasshirit-granitsy-stran-uchastnits-i-prinyat-kak-mozhno-bolshe-gosudarstv/ рассказал об инициативе «Один пояс – один путь» и развитии БРИКС.

В большей степени, все Ваши научные работы написаны на тему финансов, микроструктуры рынка и международных финансовых институтов. Ваши статьи были удостоены различных наград. Можете рассказать о наиболее значимых для Вас?

Я специализируюсь на журналистике и коммуникациях и пишу научные статьи на тему экономического развития не только Китая, но также США и других стран. Мои публикации действительно были неоднократно отмечены Международной исследовательской ассоциацией США и Международной ассоциацией межкультурного общения.

На данный момент в мире существует достаточное количество конфликтов, в том числе и военных, поэтому так или иначе это всё получает своё отражение в экономике стран, затронутых данными конфликтами. Несмотря на то, что Россия и Китай хорошо развиваются экономически, нестабильность в мировой политике может негативно повлиять на их будущее. К примеру, трудности в торговых отношениях Китая и США тормозят общее экономическое развитие и других заинтересованных стран. В том числе это может отразиться и на экономике России.

Около года назад Вы опубликовали статью в журнале под названием «Коммуникация и публичная дипломатия». Вот он лежит у нас на столе. Но данная статья была написана не столько об экономике, сколько о дипломатических отношениях между Россией и Китаем. И немного затронули США. Расскажите, что заставило Вас высказаться на эту тему?

Да, это журнал о коммуникации и дипломатии. Здесь освещаются темы мировой политики, которые, так сказать, у всех на устах. Статьи публикуются о роли США на мировой арене, о взаимодействии стран БРИКС и действиях Европейского Союза. Почему в этом журнале мы только косвенно касаемся экономической сферы, потому что на мировой арене правит бал политика.

От политического курса той или иной страны зависит и развитие экономики, а не наоборот. Расскажу на примере России и Китая: у наших стран хорошие отношения, мы взаимодействуем во многих сферах, наши народы дружат. Но вот в медиасфере мы полного взаимопонимания достичь не можем. Почему? Ответ очень прост. В Китае, даже на высоком уровне, не так много людей, которые говорят на русском. То есть понять менталитет россиян не получится. И то же самое в России, на российском ТВ. Мы не можем элементарно понять друг друга, погрузиться в культуру наших стран по причине незнания языков. Наши страны стараются перенести взаимодействие на самый высокий уровень: прошлый год был объявлен в Китае Годом России, 2019 – Год Китая в России. Но полного контакта не будет до тех пор, пока представители наших государстве не заговорят на языке друг друга. А этого всё ещё не происходит. Мы на английском общаемся. Я не считаю это правильным.

Мистер Ву, как я понимаю, экономика и дипломатия неотъемлемым образом связаны вместе. И это то – о чём идёт речь в Вашей статье. В ней Вы пишите, цитирую: «Российско-китайское стратегическое партнерство, на фоне американо-российских отношений, похоже, стало только крепче. Подобный расклад сил на международной политической арене даёт Китаю больше возможностей для реализации его собственной геополитической стратегии в рамках экономического плана «Один пояс - один путь». Поделитесь Вашей точкой зрения на реализацию этой инициативы.

Об этой инициативе «Один пояс – один путь» впервые заговорили примерно 7 лет назад, когда к власти в Китае пришёл Си Цзиньпин. И сначала разговор шёл только о «Шёлковом пути». Если обратиться к истории, то «Шёлковый путь» у Китая был всегда – это торговый маршрут, который вёл в Центральную Азию и Центральную Европу. По геополитическим соображениям, власти Китая решили, что развития экономических связей с США недостаточно. При этом и так понятно, что две экономические державы – США и КНР - всегда будут соперничать между собой в вопросах энергетики. И не только.

Поэтому китайцы решили изменить свои геополитические предпочтения и обратить свой взгляд на Центральную Азию и маршрут «Шёлкового пути». Как вскоре выяснилось, «Шёлковый путь» не принёс должных результатов. И власти КНР решили начать взаимовыгодные отношения со странами Ближнего Востока и Африки. Этот регион был очень заманчив, с точки зрения развития. Вот так вступила в силу инициатива «Один пояс – один путь». В чём же её смысл?

Суть данной китайской инициативы заключается в поиске, формировании и продвижении новой модели международного сотрудничества с участием Китая. На основе продолжения и развития духа древнего Шёлкового пути «Один пояс и один путь» призывает к выработке новых механизмов регионального экономического партнерства, стимулированию экономического процветания вовлечённых стран, укреплению культурных обменов и связей во всех областях.

Сегодня «Один пояс и один путь» охватывает большую часть Евразии соединяя развивающиеся страны, в том числе «новые экономики», и развитые страны. Самым ярким примером является производство в Китае технических новинок, например, мобильных телефонов. Наши устройства конкурируют с мировыми общепризнанными марками, только стоят они значительно дешевле, а значит, доступны. Эту продукцию мы предлагаем африканским странам. В итоге мы не можем похвастаться значительной выгодой, но мы приобретаем что-то большее, а именно - положительный имидж.

Стоит также добавить, что мы в меньшей степени думаем о получении выгоды, а в большей – о гуманной миссии, хотим способствовать прогрессу и улучшению жизни в регионах, которые затрагивает «Один пояс – один путь». И я думаю, Китаю это пока удаётся.

Как можно охарактеризовать состояние и перспективы торгово-экономических связей стран БРИКС?

У всех стран-участниц БРИКС есть соседствующие с ними дружественные страны. Так вот, нужно пригласить эти страны войти в состав объединения. То есть к пяти государствам нужно прибавить как минимум ещё пять. Я слышал про «БРИКС Плюс». Это правильно. Необходимо расширить границы стран-участниц и принять как можно больше государств. Основная проблема БРИКС, на мой взгляд, – это ограниченное число участников. Чем больше будет стран в составе – тем проще будет решать мировые проблемы.

А не могли бы Вы назвать те страны, которые уже высказали своё желание вступить в БРИКС?

Я думаю, что Россия пригласила бы Казахстан, Китай – Индонезию. По поводу Индии затрудняюсь ответить. Что же касается ЮАР, то, как мне кажется, она не отказала бы в членстве странам Латинской Америки. Бразилия тоже пока не определилась с кандидатом. Проблема членства в БРИКС новых стран – это только одна проблема.

Есть и другая – это взаимодействие БРИКС с другими организациями. Такими как ШОС, ВТО. Ведь страны БРИКС сталкиваются с экономическим проблемами с США и Европейским союзом. То есть взаимодействие с другим мировыми организациями, разрешение вопросов и конфликтных ситуаций – это именно та сфера, в которой БРИКС необходимо наладить контакты. То есть для полноценной работы объединению нужен не только ежегодный саммит и встречи на высшем уровне, БРИКС должен начать контактировать, общаться с другими организациями. Потому что БРИКС – это организация без членства США и Евросоюза. И она обязана научиться решать проблемы самостоятельно, поэтому чем больше стран в составе – тем лучше.

Всего лишь четыре десятка лет назад такая страна, как Китай, имела довольно слабую, отстающую экономику. Произошедшие за эти годы экономические реформы, сделавшие экономику страны более либеральной, принято считать «китайским экономическим чудом». Благодаря чему удалось достичь такого гигантского скачка в развитии экономики?

Ну, я бы отметил несколько критериев. Во-первых, это обучение сотрудников, работников, перенимание опыта у других развитых стран. И второе – привлечение инвестиций зарубежных кампаний. И ещё один немало важный фактор – мы не доверяем иностранным компаниям, мы боимся возможных революций, так уж повелось, мы перенимаем опыт и создаём собственные предприятия. Как пример, могу привести всемирно известную Alibaba.

Наши компании быстро развиваются и становятся успешными. И это всё продолжается в течение последних 30 лет. За всё это время политика ведения бизнеса в Китае не изменилась – это очень важно, это показатель стабильности. Несмотря на трения в отношениях с США в последнее время, наша политика с ними опять же сильно не поменялась. Сейчас проходит всемирно известная выставка товаров и услуг в Шанхае, так вот, большинство покупателей из США.

В процессе нашего разговора Вы несколько раз обращались к экономике США. А я хочу спросить немного о другом. «Американская мечта»: домик, лужайка, счастливая семья и собака. А что такое «китайская мечта»? К чему Вы стремитесь?

Китайская мечта – это сильное государство, это мечта нашего правительства. Для меня китайская мечта, это написано в наших книгах по философии – я должен постараться сделать всё, чтобы достичь желаемого. Должна быть развитая экономика, положительный имидж страны на мировой арене, дружеские отношения с другими странами. Если у нас всё хорошо – мы хотим, чтобы у вас было тоже. В этом мы отличаемся от американцев – они стараются только для себя, для своей страны. Наша же философия – помоги другим. Мы не создаём конфликты.