Муж из разряда породистых мужчин

Мы ждем возвращения нашего кормильца, как ждут старушки в нашем доме 213 серию вечно-смазливого сериала «Обручальное кольцо». Мы - это я, четверо деток, кот Вася и морская свинка Нюся. После того как муж пометит территорию – разбросает свои носки по квартире (думаю, мне за это открытие дадут премию Дарвина. Каждый самец метит территорию по-разному, а мужчины носками). Мы усаживаем голодного, прибывшего с самолета папу за стол, кормим, обнимаем и слушаем…

У нас 267 или 268 серия ( сбилась со счета). Есть и своя труженица Изаура, и горячий Фернадо, и романтичный Альфредо, и чудесная Розалинда…

– Вот вчера ходили с Розалиндой в «Лепешку». Отлично посидели. Она все жалуется на своего Фернандо. Грубиян и транжира! – Рассказывает муж в красках. – Но добрые силы на нашей стороне!

Я понимающе смахиваю слезу.

За 20 лет пришлось таки абстрагироваться и войти в доверие к супругу. Любая другая жена тут же объявила об операции «Буря в пустыне», подогнала тяжелую артиллерию и выставила мужа за дверь. Но не я!

Порхающая, романтичная, сладкопоющая, манящая любовь носит название – однокурсница по юрфаку Люся Рыженькая. Мой муж был покорен ей в 17 лет, когда они вместе поступали на один факультет, но так и не взял крепость красивой хохлушки. Сам процесс покорения сильно затянулся - на целых 20 лет.

Как видно, бросать процесс жалко. Или это вошло в привычку? Скорее, эта влюбленность стала фоном. На этом фоне муж успел благополучно охмурить меня, настрогать четверых детей, приобрести машину, купить квартиру, а также семейство тутурианских кроликов, получить в довесок к ним добрейшего из котов Василия, и беременную морскую свинку.

Я наверное, из того малюсенького процента земных женщин, которые уважают свободу мужа.

– Ну, погуляй , отдохни! – Предлагает моя подруга своему мужичку 37 лет от роду, и собирая чемодан, кладет в него горящую путевочку.

Ой, на такие жертвы я не способна! В партии жен-пацифистов я стою все же с краю.

Муж уверяет, что даже не целовал ее. Боится, что из прекрасной царицы ночи она, после смачного поцелуя, превратится в склизкое пресмыкающееся, холодное и немного стервозное существо.

– Я ей дышу! – Восторженно произносит он, смотря на луну. Это ответ на мой категоричный вопрос – Но секс-то все таки был?

– Она моя муза! Какие же с ней отношения?! – Поет в душе мой муж.

Муза! Видение! Поэзия! Хрустальный звон – это все о Люсе. Мне кажется, эта женщина даже не какает. Хотя аппетит у нее приличный. Муж водит ее по ресторанам. И даже были в дорогом «Пушкине» , и не раз… (это я по бреши в бюджете ощутила).

– Как ты его в Москву – то отпускаешь? – Спрашивает разведенная подруга, сторонница кровавых семейных переворотов.

А как его не отпустить? С одной стороны – бесформенная, зловредная бабенция, пахнущая детскими куханно-туалетными неожиданностями, требующая денег, вызова электрика, покупки нового рычажка для сливного бачка, поиска прошлогодней утерянной квитанции за детский садик… А с другой – видение с длинными ногами, вкусно пахнущее, читающее в метро Байрона, прямо в цель метающее цитатами Шопенгауэра и имеющего всего одного ребенка-дититну, 15 лет отроду...

Я как-то не удержалась и прямо так вот, открыто, со взглядом Жанны Дарк на костре, рубанула:
– Может, все таки быть вам в месте? Я не держу.
– ??? Жить вместе с видением? Да у нее таких теплых сись нет…

На этом вопросы мои иссякли. Я на время замолкла. И еще большим уважением прониклась к своей груди.

Боюсь, что мой муж для Люси это тоже сладкое видение, ангел без платонических мыслей. Как продержаться 20 лет без намека на постель, мы же взрослые люди… Люся жалуется моему супругу на своего недотепу мужа.

– Не романтик, в кафе не водит! Лежит на диване, уставился в телек. Пасту всю выдавливает из тюбика, за собой не смывает… Даже красоту мою не замечает! Я для него тату сделала чуть выше правой груди! Не то что ты!... – Говорит мой муж, изображая длинноногую Люсю. И также как она, томно вздыхает.

– А ты что? – Спрашиваю я своего «Альфредо». – Я ее утешаю.

Правда, в 8 сезоне в 265 или в 264 серии, точно не помню, муж вдруг объявил, как-то нервно и подрагивая левым глазом:

– Знаешь, Люся, после того, как сделала татуаж и муж вновь не оценил, предложила жить нам вместе…

У меня тут же отнялся язык. Два языка – глубинный и не очень.

– Ы..ы.ы.. – издала я горлом, как тувинские певчии.

– Старушка, но наше болото мне милей– Обнял меня муж.

Быть может, тогда, 20 лет назад, скажи Люся эту фразу, муж ушел бы за ней на край света, бросил бы все… Но время упущено. Мой муж все таки из разряда порядочных породистых мужчин. Их тоже на свете осталось немного.

– Смог ли мой отец предать свою семью? Да никогда. А его дед? Тоже! Всякое было в семье… Но чтобы бросить семью… Нет. – За такой ответ, если бы я была царем, дала бы орден и графство. – Порядочность в семье Кондрашевых норма!

Кстати, заметила, что чем выше породистость, тем ниже планка для ревности. У таких мужчин эта ревность не бродит в синапсах мозга, а скорее сидит в капсулообразном виде, ну где-то в аппендиксе.

Как-то, лет 7 назад, в гостях у свекрови, взгрустнув в одиночестве в кругу детей, племянников и племянниц, я вдруг вымолвила…– А мой сейчас в «Шоколаднице» сидит с одноклассницей кофе пьет. Хорошо им.
Свекровь мысль поймала, налила чаю и начала меня нокаутировать.

– Как так! Да как так можно! Да ты с ума сошла! Надо бороться! «Мы все вышли из народа, дети семьи трудовой!» – запела она.

Допинг подействовал , я тоже подняла красное знамя. Я решила позвонить, взять трубку и сказать несколько неприятных слов Люсе, ведь надо когда-то и проявиться в сериале в роли Изауры или просто Марии (на меньшую роль я не способна).

Я многое хотела сказать сопернице, пусть и в образе феи… Но взяв трубку и услышав:

– Да любимая! Тебе Люся привет передает

Забыла или забила на ключ человеческой словесной матрицы и только произнесла

– Мэээ.

Быть может, в нашей жизни катастрофически не хватает романтики. Пусть лучше это будет не скрытая, пошлая романтика, где-то в чужой квартире или в каком-нибудь темном ресторане, потом обязательно найдутся добрые люди, и все расскажут в красках, присочиняв немного от себя.

Пусть будет такая романтика, в которой живет он. И о которой так открыто говорит. Увы, пока меня в ней нет. И возможно, не будет. Хоть я и сделаю невозможное, и буду походить на Анжелину Джоли… Но я не ассоциируюсь с периодом бесшабашности, от меня не пахнет университетом, друзьями по общежитию, смешными историями из студенческой жизни… Со мной мой муж чувствует себя мужем, ответственным за все и вся. С Люсей возвращается время университетской бесшабашности…

Но я благодарна за откровенность мужу. Я вижу, какой отдохнувший возвращается он из Москвы.

А может быть, это и есть моя настоящая любовь, когда ты готова дать человеку свободу, пусть эта свобода такая колкая…