О городах и весях. Viva la Venezia!

Перевал! Январь тяжело, нахлебавши валенками снега, уходит, уступая место февралю. Самое время писать про излюбленную сибиряками юго-восточную Азию с ее фруктовыми диковинами и медузами, или же поведать о послерождественских распродажах в Европе: остатки сладки. Но хотелось бы избежать привязки ко времени и начать не столь традиционно. Представляю дорогому гостю моего блога впечатления о Венеции. Про этот город сказано и так уже слишком много, до такой степени, что одно только название «Венеция» прилипает ко рту как приторная карамелька. Ядреный концентрат романтических штампов. Однако город этот действительно прекрасен. И речь не только об известных всему миру туристических точках - но и о «закулисной» жизни самих венецианцев.

В какой сезон вы бы ни приехали сюда, летом ли, зимой ли, вы мигом затеряетесь в огромном количестве людей, обвешанных фотоаппаратами и рюкзаками. Каждый год Венецию посещают порядка 20 миллионов туристов, и, воспользовавшись методом несложных подсчетов, можно представить хотя бы примерно, какая плотная толпа каждый день оббивает сандалиями брусчатку города. Туристический эпицентр Венеции - совсем небольшой, всего лишь 8 квадратных километров, и именно здесь сосредоточены основные достопримечательности. Хочется использовать именно это слово – «эпицентр», а не «сердце» и не «центр». Потому что туристов действительно безумно много, и разноцветная круговерть порой напоминает стихийное бедствие. Кстати говоря, толпы путешественников – одна из причин гибели города. Из-за всё увеличивающегося количества туристов растет, соответственно, и количество транспорта. Раньше люди передвигались по каналам, орудуя веслами. Но вот уже лет 50 как моторные лодки заменили гребцов. Моторами оборудовали всё: и такси, и речные трамвайчики, и семейные лодки для уикендов, и большие катера для доброй сотни пассажиров. Действующие ограничения по скорости соблюдаются редко, и волны, взрыхленные моторами, являются реальной опасностью для хрупких старинных зданий. Кое-где в фундаментах попросту зияют отверстия. Власти Венеции несколько лет назад начали дорогостоящую программу, подразумевающую строительство защитных укреплений, чтобы отвести сильные удары волн. Помимо этого, правительство предложило восстановление набережных, и реализация этих идей преподносится властями как значительное достижение. Однако венецианцы, как и большинство людей во всех странах, не вполне удовлетворены действиями властей и винят правителей в недальновидности: люди считают, что пока объем мотоперевозок не снизится, все эти меры – бессмысленны. Страдает, кстати, и экологическая обстановка. Дно в Венецианской лагуне относительно неглубокое, и из-за вращающихся винтов суден гибнут продуцирующие кислород морские растения.

Убывает не только морских растений, но и людей. В Венеции наблюдается значительный отток жителей из города. Цифры внушительные: только с середины прошлого века население сократилось с 300 до 60 тысяч человек. Это не ошибка, нет: ранее я написала, что площадь Венеции – 8 километров. То была информация про исторический город, сейчас же я говорю про провинцию Венеция в целом, которая состоит из множества небольших островов. Жители решили привлечь внимание общественности к сей проблеме. Люди «похоронили» свой город. Траурная процессия из нескольких гондол проследовала по главным каналам. В одной из лодок можно было наблюдать красный символический гроб. Впрочем, дело не ограничивается только перфомансами: венецианцы на самом деле стараются решать проблемы города. Так, уже давно обсуждают идею сбора налога с туристов: речь идет только о краткосрочном пребывании. Дело в том, что большая часть людей проводит в городе всего один день. На ночь в гостиницах люди не остаются, еду привозят с собой, поэтому местной администрации не удается собрать средства, которые требуются на реставрацию памятников, домов, церквей. Подобным образом посещают Венецию и наши соотечественники: многие оказываются здесь на однодневной экскурсии из бывшей Югославии, которая по-прежнему пользуется большой популярностью среди отдыхающих. И если вы тоже оказались в Венеции по такой программе, то посмею дать совет: положите свои фотоаппараты на дно сумки! Эти места надо распробовать самим, а не через объектив камеры. Тем более, сделать снимок без влезших в кадр чужих частей тела практически невозможно. Проплывите лучше по Гранд-Каналу! Это такое же знаковое для Венеции место, как Стоунхендж для Англии или Кремль для России. Забавно, но сначала кажется, что на воде правил движения не существует, однако это не так. На каналах действуют строгие законы. Движение, как и в большинстве стран Европы, правостороннее, скорость ограничена 20 кмч. Где попало не припаркуешься, а стоимость собственного места немалая, 150 евро в месяц. Стояночными местами тут дорожат и платят за них, даже если лодка не эксплуатируется. Для «малолитражек» не требуется даже водительских прав. К этой категории относятся суденышки длинной до шести метров и мощностью менее 40 лошадиных сил.

Легендарные гондолы режут водную гладь совсем уж неспешно. Если стоит жара – то лучше, наверное, выбрать моторный транспорт и прокатиться с ветерком, чем таять в медлительной величественной гондоле. Все гондолы имеют фиксированные размеры: ширина — полтора, длинна – около 11 метров. Собирают такие лодки из 280 отдельных частей, при этом используются 9 пород дерева. Изготовлением гондол занимается только одна мастерская. Интересно, что все гондолы выкрашены неизменно в черный цвет. Почему? Местные с удовольствием расскажут легенду об одном престарелом доже, до которого дошла молва, что к его очаровательной юной супруге наведывается ночной гость на черной гондоле. Дож, будучи не в силах прекратить эти тайные встречи, решил скрыть свой позор. Он издал указ, чтобы все гондолы перекрасили в черный цвет. На самом деле так было или нет, но именно в Венеции родился сердцеед, чье имя стало нарицательным – Казанова.

Еще одно знаковое место - пьяцца Сан-Марко. Чего только не пережила площадь: здесь был сад, городской рынок, место публичных казней и религиозных выступлений… Теперь это площадь, вокруг которой располагаются самые главные заведения города. Башня с часами, время на которых отбивают два мавра, символизирующие настоящее и прошлое – старик и юноша; дворец патриарха Венеции (вход в него всегда закрыт); колонны, где казнили провинившихся; библиотека Сансовино – чтобы почитать книжки, нужно предварительно записаться по телефону; фигуры двух сидящих львов (не с них ли списали наших, красноярских, гордо возлежавших на Театральной площади?); башня с колоколами, уже много веков подряд пробуждающих венецианцев утром и напоминающих о времени обеда; сам собор Сан-Марко и дворец Дожей. Последний, нужно отметить, не раз страдал от сильных пожаров, но в нем сохранилось главное: росписи на потолках и стенах. Здесь творения великих мастеров Бассано, Тинторетто, Тициана, Веронезе. И всюду, всюду на этой площади – голуби. В последнее время они стали настоящей бедой Сан-Марко. Птички в искусстве не разбираются, но накрепко облюбовали главную площадь города. Власти, оберегая мрамор и гранит, несколько лет назад запретили кормить птиц под угрозой серьезных штрафов. Хотя раньше здесь даже стояли продавцы с птичьим кормом, у каждого из которых была специально купленная лицензия на торговлю. С символами мира идет борьба и в других странах. Так, рискнувшие подкормить птиц жители Гонконга рискуют остаться без жилья: власти КНР опасаются птичьего гриппа, поэтому в ходу такие строгие наказания, как выселение из дома.

Прогуливаясь по улочкам (тут, кстати, нет номеров домов, только номера входов), я обнаружила немало удивившую меня штуку, а именно: во многих магазинчиках работают русские. В целом, в Венеции проживают порядка 3000 мигрантов. Красота-красотой, но быт здесь тяжелый. Мне даже вспомнился анекдот. Заскучал один человек в раю и отправился в трехдневный тур в ад. Приехал, а там вечный праздник: все веселятся, гуляют, кутят. Вернулся человек в рай, собрал вещи и отправился в ад на ПМЖ. Только прибыл, как схватили его черти за руки и потащили на раскаленную сковородку. Он им что-то кричит про то, как здесь в прошлый раз было здорово, а они ему отвечают: «Не надо путать туризм с эмиграцией!».

И действительно. Сложно осознать факт, что в Венеции живут люди. Просто живут, как все. Гасят свет рано, ведь завтра утром нужно идти на работу, обслуживать миллионы приезжих. Чтобы жить здесь, нужны здоровые легкие. Соленый морской воздух – это, конечно, приятно и даже полезно, но плесень на съеденных влагой стенах здесь практически везде. Город-ремонт вот уже который век отважно сражается в неравной битве с водой. Мне посчастливилось пообщаться с жителем и расспросить его о каждодневных реалиях. Массимилиано – коренной венецианец. Ему около 30 лет, он работает «айтишником» в местном представительстве компании «Гугл» и каждый день тратит приличное время на дорогу до материка, как и другие жители Венеции, не задействованные в туризме. Но он вовсе не жалуется и переезжать не собирается – жизнь устроена. И хотя Макс – счастливое исключение, я все равно поинтересовалась у него, какие именно причины заставляет людей, в первую очередь – молодых, покидать итальянскую «жемчужину».

Первым делом мой собеседник отметил квартирный вопрос. Этот «пунктик» актуален для всех эпох и национальностей, но в Венеции проблема стоит острее, чем где-либо. Венецианская недвижимость – одна из самых дорогих в Италии. Обеспеченные иностранцы приобретают квартиры, чтобы проводить в них всего по нескольку недель в год: летом и во время карнавала. Отсюда и невероятные цены. Вариант съема жилья тоже малодоступен. Владельцы квадратных метров не желают сдавать площади соотечественникам, потому что не получится в перспективе повысить плату и, тем более, выселить постоянного жителя города. В соответствии с законами Италии, сделать это можно только если квартиросъемщику будет предоставлена квартира на тех же или лучших условиях. В других регионах Италии эта проблема решается на уровне государства: в городах функционирует программа социального жилья, а в Венеции новые дешевые дома строить просто негде. Поэтому молодые семьи вынуждены либо жить с родителями, либо уезжать на континент.

Заведения работают в трех измерениях. Три категории цен: для туристов, для итальянцев и для венецианцев. А как, - спрашиваю я Макса, - продавцы отличают итальянцев из других регионов от венецианцев? – По диалекту, это во-первых, в разных областях Италии люди используют разные наречия, а во-вторых, - улыбается Массимилиано, - здесь все друг друга знают.

Напоследок – подробность гигиенического характера. Как это было столетия назад, в Венеции отсутствует канализация. Продукты жизнедеятельности сбрасываются в каналы, и во время отлива все это уходит в Средиземное море. Правда, в последнее время проблема решается довольно эффективно. Гостиницы и рестораны в обязательном порядке оборудуются биорезервуарами, и такие же отстойники устанавливают в дома по мере их реставрации. В общем, рыбачить в лагуне можно исключительно из спортивного интереса. С бытовым мусором справляются успешнее. Жители выставляют отходы, запечатанные в мешки, на свои пороги, а мусорщики по утрам собирают их и грузят на специальную баржу. Достойна внимания и уважения система взаимоотношений жителей и коммунальных служб: любой человек может по телефону или Интернету сообщить о непорядке, неустройстве – и городские службы все быстро устраняют. О бытовых реалиях, еде, мастерстве стеклодувов, вытягивающих из малюсеньких капелек стеклянных лошадок и прочие чудеса, можно писать бесконечно. Но обо всем этом — позже. Ту би континиед :)